Впечатывает меня в себя и одним ловким движением меняет наше положение так, что теперь он стоит спиной к двери. Продолжая удерживать, заводит руку мне под платье.

— Только попробуй, — дергаюсь. — Я убью тебя.

— Такой смертью сдохнуть в кайф, — тяжело хрипит Захар мне на ухо.

Он и правда ведет себя как обычно, не так, как в прошлый раз в его кабинете.

Не спеша покрывает поцелуями шею и водит по ней губами, пуская по коже дрожь.

Нежно тискает грудь, прижимая меня к себе локтем. А свободной рукой задирает платье и запускает пальцы между ног. Гладит, вызывая небольшое томление.

Мне надо время, чтобы разогреться как следует, но сейчас не то место и не та ситуация, и я сопротивляюсь, вырываюсь из его рук.

И не сразу до меня доходит, что трусь по твердому, как камень, паху мужа. Мои попытки освободиться и прекратить его грязные домогательства вызывают у Захара лишь одну реакцию:

— Пиздец… — говорит он сипло, сглатывает громко и толкается твердым пахом мне между ягодиц, трется, крепко прижимаясь, и сдавленно то ли рычит, то ли стонет: — У меня сейчас яйца лопнут, как хочу тебя, Лилька…

Он запускает руку мне под трусики и больше не сдерживает свою суть — берет меня сразу двумя пальцами, размазывая влагу возбуждения, и долбит меня сзади через одежду синхронно движению руки.

Меня бросает в жар от спонтанного и какого-то животного желания искусать Захара зло и страстно.

И я просто до паники пугаюсь того, что чувствую сейчас то же самое, что и Захар: если не кончу — лопну от возбуждения.

Это понимание всего на пару секунд сбивает и без того слабый контроль над предательским телом, и я постыдно капитулирую — кончаю: мокро, с протяжным не то стоном, не то всхлипом, который в последний момент закусываю вместе с губой до крови и мычу от сильнейшего наслаждения…

Громко… потому что оргазм такой сильный и продолжительный, что он не облегчает непонятное мне, непривычное распирающее ощущение в теле, и мне хочется кричать в голос, чтобы его выразить, чтобы выпустить ту похотливую сучку, что во мне вдруг проснулась так некстати.

Меня буквально подкидывает в руках мужа, будто я наполненный пузырьками шампанского воздушный шарик, рвущийся в космос, а Захар прихватывает зубами кожу на моей шее и шепчет:

— Какая ты у меня сладкая… горячая… мокрая… моя нежная грязная девочка… Хочу тебя трахнуть прямо тут… в этой каморке… позволь мне сделать с тобой…

— Да никогда в жизни, — еще не отдышавшись, пыхчу я и отталкиваю мужа, который все еще притирается твердым членом между моих ягодиц и делает пошлые резкие и однозначные по смыслу движения.

Суворов проталкивает руку между наших тел и медленно тянет резинку своих штанов книзу.