Я абсолютно спокойно относился, если жена собиралась с подругами на шабаш в караоке или бар. Или по приказу Кирияновой уезжала в ресторан. Но в этом чертовом клубе организовывать мероприятие Эльвире было бы западло.
Припарковавшись напротив входа, я наблюдаю, как в клуб заходят симпатичные девушки в платьях и опрятные парни, а выходят оттуда обожранные до невменяемого состояния животные.
Оттого и кровь в жилах закипает.
Как представлю, что Лилька может там быть, так трясти начинает.
На ум приходит только один человек, способный пригласить мою жену в заведение с пафосным интерьером и бодяжным пойлом — этот щенок Гарнитуров. Лилька давала ему свой номер телефона — я видел это, знаю.
Кажется, его зовут Роман? Тупорылый обсос Рома, который не понимает предупреждений.
Мысли и всевозможные теории, взбредающие на ум, душат меня до невозможности, пока сижу в машине. Как представлю, что смертельно обиженная Лилька захочет мне отплатить той же монетой, так крышу рвет."
"Жене я доверял больше, чем себе, но сейчас обстоятельства поменялись. Лилька никогда не была терпилой. Смогла выставить меня из моего же дома. Она не из тех женщин, кто будет делать вид, что ничего не случилось.
Стиснув челюсть, я выхожу из машины и шагаю в клуб.
Секьюрити что-то бубнят о дресс-коде — видимо, мои спортивки не совсем уместны, но я не наряжался. Я вообще смутно соображал, когда, схватив ключи от внедорожника, спускался из квартиры на улицу.
Но охрана не останавливает, наверное, потому что у меня слишком злое выражение лица, и потому что я совсем не похож на гостя клуба. Ни возрастом, ни внешним видом. Я лишь хриплю на ходу одному из охранников, что приехал за женой. Они расступаются, впуская меня внутрь.
Ненавижу клубы.
Никогда в них не танцевал и не понимал прелести дергания на танцполе, даже будучи в стельку пьяным.
Только с Лилькой мог на каком-нибудь мероприятии потанцевать медляк, и то только потому, что она — жена — просила.
Расталкивая подвыпивших гостей, я иду вглубь клуба.
Осматриваюсь по сторонам и понимаю — здесь столько девушек навеселе, которых даже поить не нужно, чтобы снять на ночь, но мои глаза хотят видеть одну Лилю. Особенно четко осознал это, когда ее потерял. Наверное, я из рядов тех, кто имеющее не хранят и надеются, что свое никуда не денется.
Догадки, что Алена ничего не перепутала, подтверждаются, когда я вдалеке у стола замечаю этого повелителя навозных мух Романа, наряженного в костюм унылого говна.
Правда, настроение у него не под стать одежде, а очень даже приподнятое. Он дергается в такт музыке, салютуя бокалом в руке.
С ним рядом сидят три шмары, больше никого нет. И моей нежной бабочки Лили, что не может не радовать.
Я останавливаюсь у другого столика, занятого девушками.
