Хочу тебя наказать

— Тогда ты должен быть в курсе, что мы движемся к выезду из города, — по мере того, как я это произнесла, меня стало обуревать беспокойство, — куда ты меня везешь?

— В аэропорт, — прозвучало так буднично, что я не знала, чему удивляться больше — его тону или его поступкам, — так что, если хочешь кричать, кричи. Жду с нетерпением.

— Чернов, останови машину, — сказала грозно, а он только рассмеялся. По-прежнему не воспринимал меня всерьез.

Внутри меня все похолодело.

— Глеб, я не шучу, — в салоне автомобиля росло напряжение.

— Я знаю, знаю, — больше веселья в его голосе не было.

— Зачем тогда? Я не вернусь с тобой… я вышла тут замуж, я хочу доучиться в Лондоне…

— У тебя есть определенные обязанности на фирме.

— Но ею же управляешь ты, — воскликнула в недоумении.

— Да, — кивнул, — управляю я, но принадлежит она и тебе, в том числе."

"— Мне ничего не нужно, — сказала быстро, даже не успев подумать. И все равно ни разу не пожалела о сорвавшихся с губ словах, — можешь забирать все что угодно, только оставь меня в покое! Меня и моего… мужа!

Я на столько не ожидала, что Чернов возникнет в моей жизни так быстро и неожиданно, что едва не оговорилась.

— Ты готова просто взять и отдать то, что принадлежит тебе? — он словно не верил в то, что я говорила серьезно.

— Если при этом ты оставишь меня в покое, то да, — сказала с уверенностью.

— Неужели я для тебя на столько плохой? Ну же, все не может быть ужасно…

— Ты не плохой… не просто плохой. Я в своей жизни ни разу ни о чем не пожалела до встречи с тобой.

— И о чем же? — кажется, Чернову снова становилось весело, — о том, что меня встретила?

— Нет. Это было неизбежно, — во мне почему-то заговорил философ, — скорее о том, что вовремя не послала тебя нахер. Поэтому… останови машину. Я хочу выйти.

— Приедем и я остановлю, — ответил мне этот упертый баран.

Повисло молчание, которое сам же Глеб в скором времени и нарушил.

— Пока мы едем, подумай над тем, готова ли ты пожертвовать всем, что так долго приумножал твой отец. И многое из этого ценой вашего с ним времени.

— Достаточно. Я уже давно обо всем подумала и решила. Ради собственного спокойствия мне ничего из этого не нужно. Так что можешь подавиться, — я повернулась к Чернову и зло улыбнулась, — а теперь, в момент переполняющего тебя счастья от внезапно свалившегося на голову богатства, ты можешь развернуть машину и отвезти меня домой.

— На сколько я помню… я все еще решаю, где твой дом.

— На сколько я знаю, то уже нет.