Вход здесь был строгий, никакого проходного двора.

Меня как хозяйку здешних земель пропустили без вопросов, но наложили специальное отталкивающее заразу заклинание. Я кстати раньше его не знала, еще один повод подать документы в Академию.

Лечебница была двухэтажной, с высокими потолками и эркерными окнами, по краям размещались две башни. На первой красовались часы, а на второй здешний символ медицины: соединенные в чашу ладони. Справа от основного корпуса было небольшое одноэтажное здание, выглядевшее куда скромнее главного корпуса, над входом висела потрепанная черная табличка ""Посмертное заключение"". Думаю, это что-то вроде местного морга.

В самой лечебнице было довольно тихо. На входе за огромным белым столом сидела дородная пожилая женщина, седые волосы и морщины вокруг глаз, такая, что кажется всеобщей бабушкой.

— Чего тебе, деточка? — она подслеповато сощурилась, — Ох, ты ж! Это ж леди наша! Чем помочь! Никак заболели!

— Нет-нет! Я посмотреть пришла. В лечебнице городской еще ни разу не была.

— Ааа, — протянула, успокаиваясь, бабушка, — тогда тебе к госпоже Зиртан надо. Она заведующая. Пойдем, проведу.

И пошли по широко лестнице на второй этаж. Складывалось ощущение, что лечебница вымерла. Нет, она была чистой, с добротным светлым деревянным полом и похожими деревянными панелями. Стены тоже были светлыми, а шторы немного голубоватыми, вроде должно выглядеть жизнерадостно, но получается как-то уныло. Тихо и одиноко. Здесь не выходят из депрессии, а впадают в нее.

— Вот. Это кабинет госпожи Зиртан. Вы, леди, уж приведите тут все в порядок, я в этой лечебнице больше шестидесяти лет проработала. Тяжело смотреть, как все чахнет, раньше-то к нам даже из столицы лечиться ездили. И графиня прошлая очень это место любила.

Меня как током прошило.

— Леди Аманда приезжала сюда лечиться?"

"— Нет, вот она-то как раз сюда никогда не приезжала. Это место только леди Суррель всегда было, — тут бабуля наклонилась ко мне поближе, — ту историю никто не любит рассказывать. Только совсем уже старики-то и помнят. Я, когда все началось, еще девчушкой сопливой была совсем. Тогда как всем было жалко и графа с графиней и леди Аманду, а только сделать ничего нельзя было — брак-то нерасторжимый. Так и мучились они втроем много лет. Ну, идите-идите, леди. Я Вас тут отвлекаю, — и она буквально втолкнула меня в кабинет.

— Госпожа Зиртан, тут к вам сама баронесса пришла. Вы уж ей расскажите, что и как, — с этими словами шустрая бабуля захлопнула за моей спиной дверь.

Я только поморгала, пытаясь прийти в себя.

— Доброе утро баронесса. Чем могу помочь? Присаживайтесь. Чаю?

— Нет, спасибо, — я, наконец, очухалась и села на предложенный стул, — Почему у Вас тут так тихо?

— Так ведь пусто.