Это было очень приятно, хотя и немножко стыдно. Люба попыталась отпрянуть, но сильные руки удержали ее. Тогда она опустилась на колени рядом со Стасом и поцеловала его в губы.
Все это время Люба надеялась, что тот восторг, который она испытала в беседке, был связан не со Стасом, а с романтической аурой летнего вечера. О, эти коварные летние вечера! В загадочных серых сумерках разливается тепло земли, и звуки разносятся так далеко, что, кажется, можно докричаться до соседней планеты. Остро пахнет сиренью, и призрачный диск луны смотрит на землю своими пустыми глазами. В такие вечера душу посещает светлая, щемящая тоска, но ее скоро сменяет надежда на любовь и счастье...
Он отстранился и посмотрел в ее глаза. Уносимые вихрем страсти, беспомощные перед нахлынувшей вдруг острой любовью, они ободряюще улыбнулись друг другу.
А потом Люба закрыла глаза и растаяла в объятиях, такого раньше с ней никогда не случалось.
Поцелуи Стаса становились все откровеннее. Стоять дальше на коленках в прихожей рядом со шкафчиком для обуви было нелепо. Люба поднялась и повела Стаса в спальню, еле сохраняя равновесие на ватных ногах.
– Я так мечтал о тебе! – прошептал он. – Я просто не верю, что мы вместе.
Неловко, одной рукой, он справился с застежкой ее брюк, а Люба гладила его худые, еще юношеские плечи, не решаясь помочь ему освободиться от одежды.
– Я на секунду, – вдруг шепнула она и выскочила в ванную.
Зеркало отразило чужую женщину с разгоряченным лицом, Люба не сразу себя узнала. Она включила холодную воду и умыла лицо. «Господи, что же я делаю? – подумалось ей тоскливо. – Зачем?»
Если бы она была молодой неискушенной девушкой, можно было бы поддаться этому натиску страсти, но в ее жизни бывали такие бурные ночи, когда кажется, что ты сливаешься со своим партнером в единое целое и навсегда. Когда страстные поцелуи и искусные ласки убеждают тебя, что с тобой мужчина, предназначенный тебе от начала времен, ты обрела его наконец после долгих мытарств и блужданий и теперь вы будете вместе навек... Но за сумасшедшей ночью наступает серое утро, лучи солнца заглядывают в окно, и вся страсть исчезает, как нечистая сила с криком петуха.
Заспанное лицо, зевание, несколько ободряющих слов и скучных комплиментов, кофе с бутербродами или с чем-то другим, но таким же не домашним, не семейным, когда вы едите, стараясь не смотреть друг на друга. Он не хочет видеть в твоих глазах отчаянной надежды, а ты в его – такой же отчаянной скуки и желания поскорее уйти, пока ты не начала просить его остаться навсегда. Покончив с формальностями, он уйдет, обронив «Я тебе позвоню!», и ты перестанешь выпускать из рук телефон, прекрасно зная, что он никогда не позвонит, и все же надеясь на чудо."
"«Так будет и сейчас. – Эта мысль заморозила ее сердце.
