— Парни, тащите из этого дома все, что есть! Чую, там еще много добра!

Крепкие дубовые двери были изрублены топорами, и кладовые епископского дома опустошили в считанные минуты. Из сундуков на свет божий достали драгоценные меха, бережно переложенные полотном, рулоны разноцветных тканей и бронзовые светильники. Неслыханное богатство для данов, не избалованных таким великолепием. А из дома тащили гобелены и резную мебель, которая сама по себе была немалой ценностью.

Викинги несли добро и из остальных домов, что давали хоть какую-то надежду на поживу. Там, где оказывали сопротивление, рубили без пощады всех. Королевский граф лежал в луже собственной крови. Он был добрым воином и отбивался мечом, зарубив двоих данов, но брошенное крепкой рукой копье пробило его насквозь. Его дом тоже был ограблен, а изнутри раздавались истошные женские крики.

— Проклинаю! — прошептал пересохшими губами епископ. — Проклинаю тебя, нечестивый язычник!

— Сдохни, колдун! — заревел ярл, и одним ударом расколол голову епископа. Он плюнул на труп старика и удовлетворенно сказал: — Отец говорил, что если колдуна убить, его колдовство не будет иметь силы! Тор благоволит нам сегодня! Вот это добыча! Окрестные ярлы удавятся от зависти! Скольм, собирай парней! Гоните трэллей к реке!

— А с городом что будем делать, ярл? — деловито спросил Скольм, крепкий парень лет двадцати пяти, его племянник по жене.

— Да сжечь тут все! — сплюнул Эйнар. — Или ты решил забрать его с собой?

К кораблям тащили мешки с зерном, волокли скотину и катили бочки с вином. Сегодня будет поминальный пир. Ведь пятеро воинов — данов ушли сегодня в Вальхаллу, их нужно проводить достойно. Десять рабов франков будут сопровождать их на этом пути. Их принесут в жертву богам.

А в лагере начался дикий разгул. Воины, утолившие ярость в бою, лили в глотки вино, и веселье нарастало с каждой минутой. Истошно орали бабы, когда викинги начали валить их на землю. Мужчин, пытавшихся отобрать жен и дочерей у озверевших воинов, резали на месте. Столько трэллей все равно ни к чему, корабли и так будут черпать воду бортами, перегруженные добычей. С собой возьмут лишь десяток-другой баб посмазливее, чтобы не так скучно было в пути. Ведь если морской бог Эгир будет благосклонен и поможет попутным ветром в паруса, то они будут дома дней через семь-восемь, покрывая по двести миль в день. А судя по всему, боги благосклонны к ярлу Эйнару. Никогда еще даны не брали такую богатую добычу. Никогда еще столько добра не приносили из походов викинги. Франки — добрые воины, но разве даны пришли воевать? Нет, они пришли грабить. Ведь закадычный друг Вышата сказал тогда ярлу:

— Эйнар, друг мой! Не гневи богов, иначе они отнимут твою удачу. Взял добычу и уходи. Жадность — причина бедности.