Парень помоложе, в очках, рубашке с коротким рукавом и со смешными усиками. И — сам Неон. Его Полина узнала сразу, а он, увидев ее издали, поднялся навстречу.

— Добрый день, — произнес своим красивым, легко узнаваемым голосом. И слегка поклонился, как в кино. — Полина, я полагаю?

— Да, — сказала Полина. — А…

— Что вам от нее нужно? — вмешалась Софья.

Неон смерил Софью удивленным взглядом, посмотрел куда-то в сторону. Полина взглянула туда же и увидела на лавочке, стоящей в отдалении, парня в джинсах и футболке, с сумкой для ноутбука. Парень сидел неподвижно, а половину его лица закрывали огромные темные очки, так что нельзя было с уверенностью сказать, куда направлен взгляд. Теоретически он мог вообще спать.

— Эм… — сказал Неон, глядя то на Софью, то на Полину. — Видите ли, в чем дело… Я от всего сердца соболезную вашей утрате, и…

— Не надо лгать, — отрезала Софья. — Ничему вы не соболезнуете. Вы просто хотите дешевой популярности.

— Ну, не такой уж дешевой, — улыбнулся Неон. — И — не для себя. Позвольте, я объясню. Да, я, безусловно, занят расследованием убийств…

— Закончилось ваше расследование, — перебила его Софья. — Убийца покончил с собой.

— Ну, пусть, — как-то несерьезно отмахнулся Неон. — Я сейчас про другое. Вы посмотрите, что происходит в инфосфере! Убит Ильичев — и сразу миллионы публикаций, соболезнования, помощь семье, чуть ли не национальный траур. Убит Загорцев — тоже все стоят на ушах. А погибает Наталья Круглова — и тишина. Никому и дела нет. Как будто не существовало такого человека… Разве это — справедливо, спрашиваю я вас? — Тут Неон, при этих словах явно поймавший нужную волну и оказавшийся в своей тарелке, уставился на Софью в упор. — Если рассуждать объективно, то кому больше нужна помощь? Семье человека, от которого осталось две квартиры только в центре Москвы, который сделал себе имя и состояние на унижении человеческого достоинства? Или семье женщины, которая за всю жизнь мухи не обидела, честно вкалывала с утра до ночи и потому не оставила после себя ничего — не исключаю, что даже денег на собственные похороны? Разве это честно? Богатство, слава, уважение — как снег, липнут к тем, кто уже в них купается, даже после смерти. Ильичева того и гляди сделают национальным героем, снимут биографический фильм для Первого канала — они это любят. Но кто-то же должен сказать хоть слово о человеке, который ничем не хуже! Который, возможно, был гораздо лучше! Вот только не мелькал перед камерами. Это что — грех в наше время? Для того, чтобы заслужить человеческое к себе отношение, нужно стать медийной проституткой?

— Вроде вас, — холодно бросила Софья.

Неон, который всю вторую половину своего монолога смотрел на Полину, вздрогнул и повернулся к Софье.