- Извините, Елена Владимировна, но мы не сможем этого сделать. Наша федерация готова компенсировать вам все неудобства. Вы получите хорошую материальную компенсацию, возможность получить полезную для содружества профессию и гарантированную работу, - прервался капитан и у меня было чувство, что он боится моей истерики.
- Мать, ты чего? Подумай, какие возможности здесь открываются для нас. Кое-что я уже разведал и узнал. Всё расскажу и покажу. Здесь здорово и интересно! - таким активным и «говорливым» своего пса я ещё не видела. И это его - «Мать», где только набрался таких слов?
- Хорошо, - я прям почувствовала, как мужчина выдохнул, - Мне нужно время всё обдумать.
- Для вас подготовили руководство по пользованию оборудованием в каюте. Знание языка и письменности на всеобщем вам и вашему другу внедрили, - на эти слова мужчины я лишь ошарашено посмотрела на пса.
Ему то зачем письменность? У него же лапки!
Адриан достал брошюру и вручил мне в руки, развернулся и вышел. Хотя скорее сбежал, пока я не пришла в себя и не осознала до конца, куда мы с Аргусом вляпались. Захотелось обмыть лицо холодной водой, что бы привести мысли немного впрядок.
Приложила ладонь справа в выемку и дверь бесшумно открылась, погружаясь в стену. Прямо располагался душ с разными примочками, слева небольшая раковина, а справа небольшой унитаз. Вся сантехника напоминала земную отдалённо, но её назначение понималось интуитивно. Подошла к раковине и провела рукой по краю слева на право. Из стены выдвинулась пластина и из неё пошла ледяная вода - в самый раз то, что нужно. Умыла лицо и подняла глаза. Над умывальником располагалось небольшое зеркало из которого на меня смотрела девочка шестнадцати лет с ярко - рыжей шевелюрой и пухлыми губками - бантиками.
Что там капитан говорил про «всё как было»?
Ну, берегитесь! Сами напросились!
Глава 3.
- Выходи, мохнозадый паразит! - моему негодованию не было предела. - Ты чего наговорил рен Кимету?
- Мать, ты чего? Я же хотел, как лучше, - из под моей кровати выглянула наглая морда, пытающая состроить жалобную моську.
Видимо с появлением речи у Аргуса появились на морде и дополнительные мышцы, чтобы строить такие умилительные мордашки.
- Хватит меня называть «Мать»! - рявкнула на этого нахала. - Я тебя с помойки подобрала, отмыла, накормила. В компаньоны определила, а ты... - порядочных слов не находилось, - сыночек нашёлся... Где только слов набрался таких, гопник доморощенный.
- Ты меня, вообще-то, на крыльце нашла в приличной корзине, как порядочного щена, а не на помойке, - сделал вид, что обиделся.
