Собак от «нарушителя» отбросило, точно взрывной волной.
– Съели!! Женщину съели!! – бежала к подруге, высоко перепрыгивая через траву, Люся. – Я ведь говорила – надо было ей наган дать!!
На визг бежали и остальные участники группы.
– Что с вами? Вас покусали? Как, как покусали-то, все же собаки в намордниках?! – наперебой спрашивали они, и только Кислицына интересовало совсем другое.
– Кто именно вас тяпнул? У собачки был хороший захват? Интересно, а почему она вас выпустила? Вот черт, не отработана хватка!
– Вы издеваетесь надо мной, да?! – чуть не плакала Василиса, валяясь в траве и не в силах самостоятельно подняться в тяжеленном костюме.
– Какая собачка? – теребил Кислицын. – Назовите имя!
– Она мне не сказала! И вообще это был он! У него морда такая большая… кобелиная! Да вон он, чего вы меня трясете?!!
Собаки уже успокоились, подбегая к своим хозяевам, подбежал и виновник переполоха – молодой, здоровый ротвейлер с веселым оскалом.
– Олаф? Римма! Ты Олафа без намордника отпустила, что ли?! – удивился Кислицын.
– Ничего! Я сейчас доработаю! – возмутилась Люся. – Сейчас вон хворостину отломлю, с этим… как его… с Олафом мне не справиться, честно скажу, но вас, уважаемый, по хребту протяну! Это надо же – ему еще хватка не нравится, чуть женщину не изувечил!!
– Женщина, успокойтесь, ну пожалуйста, – принялась нарезать круги вокруг пострадавшей хозяйка вольного пса. – Олаф еще ни разу никого не обидел.
– Это еще большой вопрос – для кого намертво! – кипятилась Василиса. – «Защелкивается»! Чего ж это он у вас нещелкнутый носится?! Прямо на людей бросается?!
– Так Олаф научился намордник скидывать! – продолжала приседать хозяйка.
– Да! – гордо поднялась-таки незадачливая фигурантка. – Да, он мне порвал… Носки вот порвались из-за него, свитер весь изодрался!
– Так вы же не в свитере, – язвительно усмехнулся Кислицын.
– Ну и что? А я говорю – порвался! Меня спросили, я ответила!
– Ладно, чего нам ссориться, вы приходите ко мне завтра, а? – принялась успокаивать спорщиков хозяйка Олафа.
