О боже! Я лишился покоя! На меня открыли охоту пресса и родня Филимонова. Все хотели получить информацию. Холдинг «Болтун» предложил Веронике Германовне астрономическую сумму за снимки бумаг, которые лежат у меня на столе. Моя помощница по хозяйству согласилась, но попросила дать хороший, очень дорогой фотоаппарат. Чтобы его получить, женщина приехала в парк, устроилась на скамейке. К ней подсел корреспондент, протянул футляр, и тут… чик-чирик! Появились люди в штатском. Они успели запечатлеть момент передачи аппаратуры. И вот вам новый скандал – попытка подкупа экономки Глазова! Вероника никогда меня не предаст.
– Если вы полностью исключаете горничную из ситуации с «червяком»… – начала я.
– Да, – перебил меня Никанор. – Давайте больше не педалировать эту тему.
– Тогда остается лишь один вариант, – сказал Володя. – Тайник сделал кто-то из мастеров. Вас не было в доме, вы и не знали, что в особняке работает тот, кого ни вы, ни дизайнер не звал. У Марка были ключи от особняка. Прораб и рабочие знали про сейф, они же его и установили. Вот вопрос: что лежало в тайнике? Выглядит как толстая, короткая труба – скорее всего, это тубус.
– Прошло десять лет, почему футляр не вынули раньше? – задался вопросом Никанор.
– Можно еще раз посмотреть видео? – попросила я.
– А лучше переслать его нам, – добавил Костин. – Изучим «кино» со всех сторон.
– Нет проблем, – согласился профессор. – Так вы возьметесь мне помочь?
– Попробуем, – улыбнулся Костин. – Давайте составим договор.
Глава пятая
Первое, что я увидела, когда вошла в дом, – огромная картина невероятной красоты.
На ярко-синем фоне лежит предмет, напоминающий мешок с мукой. Он затянут в короткое розовое мини-платьице, из-под которого торчит пара лыжных палок, обутых в домашние тапки. Судя по цвету и виду, тапки сшиты из кожи крокодила. От верхней части куля в разные стороны отходят две кривые сучковатые ветки, на них – пронзительно яркие оранжевые перчатки.
– Здорово, да? – прошептала Сюзанна.
Я вздрогнула – не заметила, как женщина оказалась в холле.
– Жуткий ужас, – продолжала Архипова, – аж зубы болят смотреть на такое.
