Смысл доставать кости мертвеца и сушить их на солнце?"
"– В Москве недавно появился кружок экстремального вязания, – тихо сообщила я.
Зорин очень медленно моргнул. Я продолжила:
– Название не оригинальное. Вы, наверное, в курсе, что в свое время была банда «Кружок экстремального вязания». Ее участники выполняли разные задания – убийства, похищение как взрослых людей, так и детей, кражи. Преступления совершались по всей России. Кто стоял во главе, так сказать, коллектива? Этого человека уже нет в живых. Какое количество участников было в этой ОПГ? Нет ответа. Куда подевалось остальное руководство группировки, когда стало понятно, что за бандитами следят? И здесь все покрыто мраком. На все эти темы можем лишь гадать, упомянутые люди бесследно испарились. Последнее, что совершили негодяи, – попытались вас убить. Вы не только художник, но еще и известный в узких кругах библиофил, ваше собрание редких книг оценивается в большую сумму, да не рублей, а евро. Разрешите кое-что рассказать?
Мужчина молча кивнул. Я снова посмотрела в телефон.
– Буду смотреть в записи, чтобы не ошибиться.
Итак, что случилось? Зорин в тот день приехал в Москву, провел совещание в своем издательстве, пошел к машине. Чтобы дойти до автомобиля, Андрею Дмитриевичу следовало пересечь дорогу – около его офиса свободного места для парковки не нашлось. Зорин дождался зеленого света, пошагал по зебре, и тут, откуда ни возьмись, появился мотоцикл с двумя ездоками – водителем и пассажиром. Последний плеснул в лицо художнику какой-то жидкостью, и пара умчалась. Андрей Дмитриевич упал и от боли потерял сознание.
В это время на соседней полосе ждал разрешения на проезд автомобиль, за рулем которого сидел Василий Семенович Носов – тихий, скромный «ботаник», преподаватель московского вуза, очень аккуратный дядечка, он даже не получал штрафы за превышение скорости. Носов перепугался, вызвал ДПС и «Скорую», бросился к потерпевшему, не зная, чем еще ему помочь. Подложил под голову ему подушку, которая нашлась у него в машине на заднем сиденье, попытался влить воду в лежащего без сознания человека. Вот не надо было ничего подкладывать, поить потерпевшего, переворачивать его. Максимум, что можно было сделать, – просто накрыть его одеялом. Минут пятнадцать неверных действий – и Андрей Дмитриевич оказался бы на том свете, но рядом притормозила машина, за рулем которой сидел Павел Никитин, врач-реаниматолог, имевший при себе все необходимое для вытягивания человека из лап смерти.
Зорину просто феерически повезло. Когда прикатила «Скорая», пострадавший дышал и даже пытался что-то сказать. Санитарная повозка доставила несчастного в клинику. И здесь новая удача – там работал уникальный специалист по ожогам.
