— Я в курсе подоплеки этой истории. И исполнено красиво, с выдумкой.

Я пожал плечами и решил промолчать. Потом все-таки передумал:

— Вы что, решили меня под свою крышу завести?

Генерал снял очки и начал их тщательно протирать. На круглом лице отразилась напряженная работа мысли.

— Мы таким не занимаемся.

Ага, ага. Так я и поверил. Уже к началу 2000-х все крыши в Москве и окрестностях станут ментовскими или гэбэшными. А концу — вся страна ляжет под них. Братва же отправится либо в тюрягу, либо на кладбище.

— Но некоторый специфический интерес к вашему…так сказать… бизнесу… у нас есть.

И связан он с зарубежными филиалами Едра.

Последнюю неделю декабря на ящике начали крутить рекламу бывшего Дон-банка. В таком стиле а-ля «старинная Россия». Стрельцы заряжают царь-пушку, закатывают в ствол тяжелое ядро. Потом камера наезжает на дуло, и орудие стреляет прямо в зрителей. После чего появляется логотип банка и слоган — «Надежность, проверенная столетиями». К удивлению, реклама сработала на ура — народ потащил бабки на депозиты. И не только рубли, но и валюту, что здорово облегчило нам операции по конвертации.

— Но у нас нет зарубежных филиалов, — сделал я неубедительную попытку.

— А должны появиться! — с нажимом произнес генерал.

— Ага… Теперь начинаю понимать.

— Мы укажем, какие страны представляют для нас особый интерес, а ваши сотрудники закроют глаза на те операции, которые будут проводиться в этих филиалах. Курировать все будет Николай Дмитриевич. Его указания в части зарубежных представительств — это мои указания.

Теперь все окончательно ясно. Особист обратно на службе. Будет одновременно курировать нас и что-то делать для гэбухи.

— Вам все понятно? — Месяцев посмотрел на меня из-под тонкой оправы очков.

— Так точно, товарищ генерал, — я прижал руки к груди. — Служу Советскому Союзу!

— А можно без этих ваших шуточек? — поморщился Месяцев."

"— Можно, — кивнул я. — Только вот одного я никак понять не могу. Неужели у вас нет своих банков для тайных операций?

— Есть, — снова поморщился генерал. — Но они взяты противником под плотный контроль. Нужны новые каналы. А ваш банк, по уши замазанный в обналичке и выводе капиталов, пока вне подозрений. Просто еще одна бандитская помойка, каких много.

И давайте уже закончим этот разговор. Вот подписка о неразглашении. Извольте поставить автограф.

— А если не соизволю?

— Тогда я даю отмашку МУРу, — усмехнулся Месяцев. — И прямо отсюда вас везут в следственный изолятор. Или вы думаете, что можно взрывать рестораны в центре Москвы, расстреливать людей на улицах столицы, и вам все сойдет с рук? Может сойти, но только тогда, когда вы будете нам полезны.

Вот же сука!

— Это еще доказать надо! — засопел я.

— Ну я вас умоляю! — удивленно посмотрел на меня генерал.