Ты знаешь, – мужчина попробовал вино, посмотрел на бокал и удивленно хмыкнул, – что в этот мир я попал еще в пятом году. Это тысяча девятьсот восемьдесят восьмой год по летоисчислению Старого Света. В те времена людей здесь было мало. Четыреста с лишним тысяч жителей. Большинство из них жило в районе Виго, Нью-Портсмута и Порто-Франко. Даже Вако еще не было. На его месте был форт с небольшим гарнизоном. Его называли Западным или «Последним приветом». Самая крайняя точка Нового мира. Именно здесь, на границе этого форпоста, начинались дикие земли, где не ступала нога человека.

Не было ни Демидовска, ни Аламо. На побережье, там, где сейчас расположился форт Линкольн, стояло несколько рыбачьих хижин. Люди собирались в небольшие группы и на свой страх и риск отправлялись на запад. Словно в Старом мире, когда осваивали Америку. Многие из них умирали от лихорадки, погибали в стычках с бандитами или становились кормом для местной фауны. Но, кроме отправки переселенцев, были организованы и несколько научных экспедиций. «Для изучения Нового мира», – как любили говорить люди Ордена.

– А с кем же был ты? – неожиданно спросил Никита.

– Я, – усмехнулся отец, – был сам по себе.

– А мама?

– Мама… – запнулся мужчина, – Лена была со мной. Всегда…

Они немного помолчали. Никита почти не помнил своей матери – она погибла, когда ему было около двух лет. Так она для него и осталась светлым образом на нескольких чудом сохранившихся фотографиях. Когда подошло время учиться, Нардин-старший собрал вещи, посадил ребенка в машину и отправился в Порто-Франко. В 1993 году это был единственный город со школой и интернатом. Чуть позже они перебрались в Аламо. Два года тому назад, когда Никите исполнилось восемнадцать, он, посоветовавшись с отцом, отправился в Демидовск и поступил на службу в Русскую Армию.

Отец построил этот дом и зажил неторопливой жизнью отшельника. Иногда к нему приезжали городские охотники, для которых он организовывал охоту на антилоп, наведывались знакомые из Демидовска. Обычная, ничем не примечательная жизнь. Возможно, кто-то назовет ее скучной. Может, это и так…

– Папа, все это я слышал и раньше, – нарушил затянувшуюся паузу Никита, – но ты никогда не рассказывал мне одну историю.

– Какую?

– Почему ты решился прийти в этот мир?

– Почему? – переспросил отец.

Он немного помолчал, провел рукой по лицу и задумчиво повторил: – Почему…

1988 год. Кальви, Корсика. База

Иностранного легиона. Второй парашютно-десантный полк

Плотный мужчина с четырьмя майорскими полосками на погонах встал из-за стола и подошел к стоящему посередине кабинета мужчине.

– Поль, мне чертовски жаль, что так получилось, но ты же понимаешь…

– Так точно! Я все понимаю, mon commandant![1]

– Это сокращение, задуманное в Париже.