Однако, если твое лицо не по вкусу тем, кто фильтрует гостей на входе, то никакой наряд не поможет и не спасет.
Мой пуховик мигом засмеют. Понятно и без попыток. Уж если Кристинку отсюда вышвырнули, мне точно на выход укажут.
А он на что рассчитывает? Выглядит впечатляюще, не спорю. Но только для бойцовского клуба или же для байкерского. В заведение высокого уровня никого в подобном виде не пропустят. Завернут и посмеются вслед.
Может, Зверь пистолет достанет? У бандитов всегда оружие есть. Или же громадным кулаком двинет, прямо на пороге всех охранников и уложит.
Однако никаких проблем не возникает. Бравые ребята на входе радостно улыбаются и почтительно расступаются, пропуская нас вперед.
Их уже били? Прежде? Иного объяснения резкому послаблению правил не нахожу. К моему неописуемому удивлению нас быстро пропускают внутрь. Ни единого вопроса задать не рискуют.
- Никита Сергеевич! – восклицает солидный мужчина в невероятно элегантном костюме, бросившийся нас встречать. – Как же мы рады вашему визиту. Лучший стол ждет вас. Я уже отдал необходимые распоряжения.
Зверь расстегивает мой пуховик, стягивает с плеч и отбрасывает в сторону, а солидный мужчина подхватывает скромную верхнюю одежду так нежно и трепетно, точно имеет дело с мехом соболя.
Поразительно. Ничего не понимаю.
Никита Сергеевич?
- Ник, - ухмыляется Зверь, глядя в мои глаза.
- Что? – сглатываю с трудом, невольно моргаю.
- Разрешаю так себя называть, - поясняет насмешливо. – Раз умудрилась вырубить меня с первого удара.
- Я… я… мне просто повезло, - выдаю сдавленно, а после судорожно втягиваю воздух и закашливаюсь от волнения.
Почему рядом с ним чувствую себя идиоткой? Двух слов связать не могу. Едва языком ворочаю, мямлю нечленораздельный бред.
Он ничего не говорит, ограничивается усмешкой, а в горящем взгляде ясно читается короткое и лаконичное «знаю».
Ну, конечно. Наглый гад уверен в себе. Нет повода сомневаться."
"- Никита Сергеевич, - продолжает лихорадочно бормотать солидный мужчина, вероятно администратор ресторана. – Позвольте проводить вас.
Я четко улавливаю его волнение. Страх. Пожалуй, даже ужас.
Зверь заставляет людей бояться. Страшиться жестокой расправы. И пусть сейчас он усмехается, грань между гневом и милостью очень тонка. Люди улавливают опасность. Безошибочно чуют.
У меня ощущение, точно по краю хожу. По самому острию ножа проскальзываю. Чудом до крови себя не вспарываю. Пока что. Везучая.
Иду вперед и оглядываюсь по сторонам, изучаю удивительное помещение. Никогда бы сюда сама не пришла, даже пробовать бы не стала. Тина мне и не предлагала. Я очень редкий гость в ресторанах. Все это в другой жизни осталось. Теперь мы разве что пиццу домой заказываем, и то лишь по особым праздникам.
