Я уселась под соломенным конусообразным зонтиком и принялась наблюдать, как Иван, крепко ухватив парус, летит по волнам.

Вскоре, заметив меня, он вышел из моря. Упал рядом на горячий песок и, тяжело дыша, уставился в синее небо. Я смотрела, как блестящие капельки стекают с его загорелого лица к шее…

– Возьмем напрокат машину и отправимся в Вальдемосс? – предложила я.

– А что там? – щурясь от солнца, улыбнулся Ваня.

– Там жили Фредерик Шопен и его возлюбленная Жорж Санд, – ответила я. Пока Ваня покорял волны, я штудировала путеводители по острову. – «Мой дорогой друг! Я нахожусь в Пальме среди пальмовых деревьев, кедров, апельсинов, гранатов, лимонов и кустов алое. Дома здесь имеют большие балконы, с которых свисают виноградные лозы…» – процитировала я.

Со стороны набережной до нас донесся звук гитары.

Волны шумели, и теплые тяжелые брызги время от времени долетали до наших лиц. Ваня положил голову на мои колени, и я запустила пальцы в его влажные, выцветшие на солнце русые волосы.

– Может, хотя бы денек поваляемся в номере? – предложил Ваня.

– Ой, я еще хочу посетить студию художника Жоана Миро, – вспомнила я.

– Выброшу твои путеводители! – пригрозил Ваня. Шутливо вздохнул: – Не знаешь, почему я женился на тебе?

– Быть может, потому, что самовлюбленные стервы теперь вдруг в твоем вкусе?

– Наверное, – засмеялся Ваня.

Я, склонившись, обхватила его лицо ладонями и поцеловала. Сердце от счастья запрыгало так сильно, что, казалось, его не удержать в груди.

– Знаешь, о чем я думаю? – шепнул мне в губы Ваня.

Заглянув в родные карие глаза, спустя долгое время я снова расслышала гул вертолетов.

Мы – два целых, ставших одной дружной командой. И я без труда могу прочитать Ванины мысли, потому что в эту секунду думаю о том же самом. Вертолетная площадка рухнула, и огромные стрекозы, мелькнув блестящими боками, полетели вниз, обрывая на лету лопасти…

– Знаю, – улыбнувшись, ответила я. – Я тоже тебя люблю."