Ты не представляешь, Мар, как тяжело жить в постоянном страхе.
— Правда? — хмыкаю я.
— Тебе тоже было больно, я знаю. Я спасала тебя. Поверь мне, пожалуйста. Спасала! — кричит Ро. — И нашего сына, Мар! Не было у меня выбора. Не было! Понимаешь?! Я ненавижу свою жизнь, — ее руки слабеют. Ро начинает стекать по мне вниз. — Ненавижу отца. Ненавижу даже Егора, хотя он ничего плохого мне не сделал. Ненавижу свою любовь к тебе. Она не дает мне дышать. Я так устала от этого, Мар. Я не могу больше. Эта чертова клетка давит на меня. Она меня убивает. Я без тебя не могу больше. Пожалуйста… пожалуйста, обними меня. Просто обними меня, я умоляю, — смотрит снизу вверх.
— Блядь… — только и могу выдать. — Иди ко мне, — поднимаю ее с пола, крепко прижимаю к себе. — Ты не представляешь, что сделала со мной тогда, Ро. Мы были вдвоем в том долбанном ресторане. Открыто. Намеком. Как угодно! Ты должна была. Ты обязана была мне все объяснить! — ору ей в волосы, сжимая их в кулак.
— Ты бы лез на рожон. Ты должен был поверить, что я от тебя отказалась. Иначе ты бы не успокоился. Ты бы не отпустил.
— Я и сейчас не отпустил! Ро, я не отпустил тебя, ссука! Как мне жить теперь с этим? Вы забрали у меня все. Вы лишили меня моего сына! Я чужой для него! Как я должен это переваривать? Оно не лезет, мечта моя. Это, блядь, стоит у меня поперек горла. Ни блевать, ни проглотить! С чего вдруг ты сейчас попросила о встрече? М?! Зачем? Новости могла бы передать через Мию. Полагаю, ты знаешь, что мы общаемся.
Она больше не может говорить. Рыдает, вцепившись в меня ногтями и всем своим телом.
— Я спасу тебя из этой клетки, но сначала тебе придется доказать мне, что твои чувства не ложь. Что все твои слова — не ложь, Аврора.
— Ты не можешь меня спасти, Мар, — обреченностью в ее голосе можно утопить весь этот торговый центр.
— Ты никогда в меня до конца не верила. И тогда в ресторане отказалась, потому что не верила… Сейчас у меня есть ресурсы, девочка. Есть возможности, чтобы помочь тебе. Я выведу тебя из-под удара и отпущу. В отличие от тебя, мечта моя, я не стану принимать решение за двоих. Ты будешь свободна в своем выборе. Только одно условие — мой ребенок. Я хочу наверстать все, что пропустил за эти проклятые годы. Это все будет потом. Докажи мне, что я сейчас влезу в это не зря, что не будет подставы, что это не развод и не очередная игра твоего отца. Потому что мне хочется поцеловать тебя и придушить одномоментно.
— Что мне сделать, Мар?
— Приведи сюда сына. Полагаю, какая-то слежка за тобой все же есть и там я не смогу к нему подойти. А я больше не хочу смотреть издалека.
— Хорошо, — она наконец смотрит мне в глаза. Я едва выдерживаю этот взгляд. — Я сделаю все, что ты скажешь. Люблю… — тянется и целует меня в губы своими солеными губами. — Люблю тебя, Мар. И все помню.
