Его голова совершенно без волос и на глянцевой лысине мерцают блики от пламени ламп.

Олег скрестился с ним взглядом, на секунду шум борьбы затих, и волхв услышал спокойный, но очень уверенный голос жреца.

– Ты опоздал, вещий богатырь.

Его губы растянулись в хищной улыбке, глаза прищурились, сквозь дымку Олег услышал отчаянный крик Люсиль:

– Они начали ритуал!

Мысленно волхв рванулся вперед на жреца, но на границе круга постаментов с силой налетел на невидимую преграду. Послышался приглушенный смех главного жреца.

– Мы наслышаны о твоем могуществе, вещий, – сказал он.

 – И если нам не удалось уничтожить тебя в пути, то мы нашли способ защитить себя на время ритуала. Когда он завершится, твоя сила уже станет не опасна.

Мышцы Олега налились звериной мощью, кровь по венам потекла быстрее, наполняя тело силой для атаки.

– Тогда придется остановить вас прежде, – сказал он хмуро.

Жрец усмехнулся в зловещем оскале:

– Ты не успеешь. Мы уже начали ритуал.

– Посмотрим, – отозвался волхв и ринулся к жрецам, по пути толкнув на пол масляную лампу, та со звоном упала, жидкое горючее растеклось и вспыхнуло огненной дорожкой.

Олег подхватил ножку светильника и швырнул им в жрецов, но тот не долетел – жрецы в желтых сутанах кинулись наперерез, их ладони взлетели в останавливающих жестах, и ножка светильника с жалобным звоном отлетела в стену.

Брови Олега нахмурились, а главный жрец ухмыльнулся, враждебно наклонив голову вперед.

– Здесь, в обители Ордена багровой розы, последнее пристанище колдовской силы, – произнес он с насмешкой. – И после ритуала она станет центром всей нашей мощи.

– Ты замахнулся на слишком большой кусок, – заметил Олег мрачно и вытянул вперед правую руку, раскрыв пальцы.

Главный жрец вскинул длани, с них сорвались снопы багровых искр и устремились прямиком в грудь волхву. Олег отскочил и успел сгруппироваться, чтобы кувыркнуться и снова оказаться на ногах в боевой позиции.

Жрец зло выкрикнул:

– Большой? Мы возвеличимся над всем миром! Ибо только мы достойны управлять теми, кто сам собой управиться не может!

Бок Олега болел, он скривился и поправил волчовку.

– Где же ваша хваленая свобода воли? – бросил он обличающим голосом и покосился по сторонам.

Там, слева с целой толпой послушников отважно сражается Савмак, в полумраке сверкающей молнией мелькает его меч, слышны крики и лязг металла.

Пару раз громыхнули залпы пистолетов, но больше почему-то не гремели. На другой стороне зала хрупкая и стройная Люсиль на камне в человеческий рост орудует хлыстом, который умудрилась отнять у неудачливого послушника. Вокруг нее круг из фанатиков, они кидаются на нее, но боятся подойти.

Главный жрец окликнул Олега злорадным голосом:

– Сдавайся, вещий богатырь. Ты проиграл.