Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

- Здравствуйте, Рой, - Лави′на улыбнулась.

- Стараюсь.

- Простите? – не поняла Бернарда.

- Здравствовать, но, похоже, это откладывается.

- В смысле?

- Я надеялся блевать, потом принять душ, потом трахаться, но теперь вместо всего этого – вы. Надеюсь, вы того стоите.

- Рой! – возмутился Энди. – Как тебе не стыдно?!

- У себя в доме мне обычно не бывает стыдно. Даже, если я сейчас разденусь, и начну…

- Не думаю, что меня это убьет. То, что пишут о вас, сильно…

- Я лучше?

- Вы хуже.

- По крайней мере, честно.

- Не совсем. Вы – гораздо хуже.

- Обычно я нравлюсь женщинам, - чуть заинтересовавшись и слегка смягчив тон, начал Маккена.

Пожалуй, в ней что-то есть, в этой Бернарде."

"- «Обычно» не подразумевает всегда, - твердо заключила Лави′на.

- А вам палец в рот не клади.

- Не припомню, чтобы я горела желанием облизывать ваши пальцы.

- Энди, что это? – недоумение Маккены было почти реалистично.

- Это – женщина, которую со временем ты будешь обожать.

- Должна быть сильно аргументированная причина.

- Фильм! Вернее, сериал! – воскликнул парень.

- Ты уже купил мне клетчатый плед и кресло-качалку? Энди, я не смотрю сериалы.

- Думаю, с этого начнешь.

- Так. Я все понял. Блевать буду не скоро. В кровать лягу еще позже, а трахаться – в следующей жизни, - заключил Рой, нервно отодвигая стул, чтобы сесть за стол. – Дай мне лист бумаги и ручку. Буду конспектировать. Пушечное ранение головы на вылет, знаете ли. Боюсь, услышав последний аргумент, я позабуду первый. И, кстати. Полерни все это кофе. Пожалуйста.

- А вы мне нравитесь, Рой, - вдруг сказала Бернарда, и Маккена потерялся. Ничего необычного она не сказала, хотя сказала весьма необычно. – И, знаете, чем? Вы последовательны.

И последовательно убеждаете меня в том, что я не отступлюсь. Герой вашего плана всегда привлекателен. Вы – независимы, самоуверенны и точно знаете, чего хотите. У вас есть принципы, и вы не озадачиваетесь тем, нравятся они кому-либо или нет. Конечно, вы не собираетесь спасать мир, но это для Крепких Орешков и Рембо…

- Мир меня не интересует. Если и надо кого-то спасать, то это точно не его. Он утонул уже настолько, что дышать точно не будет.

- Так ты согласен? – с надеждой воскликнул Энди.

- Разве тебя когда-то интересовало мое мнение? Может, ты согласишься спасти мир?

- Если только от тебя.

Прошло уже три года. Обожать Бернарду Рой так и не начал. Обожание – какая-то слишком трудная для Маккены категория чувств. То ли клетки, отвечающие за подобные характеристики, в нем были не заложены, то ли они были заложены, но отмерли, как рудименты или атавизмы (вспомнить бы, что из них), не оставив даже отростка, но Рой ни разу в жизни не страдал приступами обожания. Несмотря на подобную печаль, Лави′не все же удалось отвоевать в его сердце небольшой, но уютный уголок.