Я аж рот открыла от возмущения! Кормить грудью при посторонних мужчинах! Он вообще в своем уме?
— Мне понадобится уединенное место без всяких свидетелей! Либо так, либо никак! Я не намерена светить своей грудью перед всеми!
— Очень даже зря, — пробормотал он, глядя на эту часть моего тела. Прозвучало тихо, но я услышала. И, дернув узел галстука, громче добавил: — Я это решу.
Босс отвел взгляд и, поджав губы, чертыхнулся. Твердо вцепившись в мои плечи, усадил меня на диван и, положив передо мной договор, сунул в руку «Паркер». Черкнул ногтем:
— Здесь.
— Вы мне пообещали по поводу кормления. — Я взглянула прямо в глаза мужчине и подписала договор.
— Вот, держите, — передала ему бумаги.
— Давно пора, — резко отозвался он, полностью преобразившись. Вырвав бумаги, направился к большому пакету с логотипом и, кивнув на него, процедил: — Подарки.
И, не оглядываясь, вышел из квартиры. Ко мне тут же поспешила Зинаида.
— Ты в порядке? Леонид Григорьевич сегодня странный. Какая пчела его укусила?
— Японская! — буркнула я, а затем извинилась: — Простите, Зинаида. Сложный разговор, у нас форс-мажор по работе. Вот и на взводе все.
— Николаша заснул.
— Я ж его не покормила! — спохватилась я и подскочила с дивана, но женщина меня остановила.
— Я ему чаечек с фенхелем дала. Через час теперь грудь попросит, а вы рыбку-то с овощами и не ели.
— Составите мне компанию? — попросила я.
— С радостью. Кстати, смотрела, что за подарки Леонид Григорьевич принес?
Я нехотя подошла к пакету. После нашего разговора мне не хотелось принимать от него никаких подарков, но Зинаида стояла и ждала, пока я достану презенты.
Набор фирменных бутылочек, но таких больших, что мы еще нескоро до них дорастем. Несколько пустышек, только я не хочу приучать ребенка к ним. Дорогие игрушки: детский телефон, планшет, машинка на радиоуправлении. Господи, даже на упаковке написано: от трех лет!
Просто бесполезная чепуха, на которую Горыныч потратил уйму денег!
— Он научится, не все папы сразу понимают, что надо их детям. Не расстраивайся, Асенька."
"— Леонид Григорьевич не отец Николаши, — возразила я.
— Конечно-конечно, я никому не скажу об этом! Можете не сомневаться.
Женщина не поверила моим словам, а я так устала, что даже спорить сил не осталось.
В животе уже урчало, и мне безумно хотелось рыбки.
Глава 11
Я вылетел из квартиры как из осиного гнезда. От злости даже дыхание сбилось. И с чего у меня вдруг встал? Да, признаю, все эти разговоры о кормлении грудью весьма эротичны, да еще перед глазами встала картинка, как Ася прикладывала младенца к груди. Но тогда, глядя на это через зеркало, я любовался выражением ее лица, схожим с тем, что в детстве видел на изображении Мадонны с младенцем. Но возбудиться?..
