Говорю тебе как человек, учившийся в Литературном институте: «Не писать эту книгу — преступление!». Ты выжил и просто обязан рассказать людям о ребятах. О себе. И о том, что вы сделали.

— А что мы такого сделали? Это были наш долг и наша работа!

— В общем, подумай… Если согласишься, я тебе помогу!

После него посетителей стало больше. Весть о том, что я вернулся, быстро разлетелась по всем благодаря тому, что пацаны делились этой новостью с моими знакомыми, а Саня выставил в соцсети нашу совместную фотографию.

С утра в палату забежал взбудораженный главный врач.

— Константин, к тебе сегодня из Государственной Думы от фракции КПРФ посетители будут!

— Точно ко мне?

Главврач активно закивал головой.

— Точно. Если что, какие-то есть нарекания или пожелания, ты говори…

— Да вроде все в порядке?.. Пацаны, пожелания есть?

— Туалетную бумагу бы…

— Сделаем! — тут же отреагировал главный врач.

Главный врач ушел по своим делам, а пацаны стали вопросительно смотреть на меня.

— Я, честно, не в курсе.

После обеда приехали Дима и Алина, которые работали с депутатами и устроили себе пропуски от коммунистов. Алина, увидев меня, сразу же стала одновременно плакать и радоваться как ребенок, что я остался живым. Послушав их, я понял, что тут существовало четкое поверье, что из «Вагнера» возвращается один из десяти. Я стал убеждать их, что слухи о нашей смерти сильно преувеличены. После приехали Слава и Рома. Получить пропуск им не удалось, и нам пришлось общаться через сетку забора. Я переживал, что я сильно стрессану, узнав о том, что все мои бизнесы исчезли. Но все оказалось лучше, чем я думал. Я стал узнавать у ребят, как там продвигаются дела, и, к своему удивлению, понял, что у нас даже есть прибыль. Я принимал по десятку звонков в день от моих земляков с Дальнего Востока и от тех, с кем дружил в Москве, Калининграде, Сочи и других городах. Всем было радостно слышать меня, а мне было грустно от постоянного диалога внутри меня между «воякой» и «гражданским». Мне казалось, что я выжил случайно, по чьей-то ошибке в небесной канцелярии.

— Куча пацанов погибло, а я выжил. Почему так?"

"— Вина выжившего? Давай к психотерапевту иди со своими мудовыми страданиями.

После приехали ребята из моей компании: Костя, с которым я покупал всю амуницию, и Светка. Пропуска у них не было, и я предложил им перемахнуть через забор.

— Костян, ну мы же не на войне, чтобы через заборы прыгать. Мы взрослые серьезные люди.

— Вот вы инвалиды! — искренне стал возмущаться я, но вспомнил, что мы реально больше не в Бахмуте и тут есть слова: «не хочу» и «не буду».

Молькино

Через две недели я стал потихоньку передвигаться без костылей и восстанавливать навыки ходьбы.