Катина сразу поежилась, поспешила приподнять воротник платья.
– Пожар.
А Ибар заметил, как она расстроилась, прямо сникла вся. Стесняется, значит.
– У нас чем больше шрамов, тем сильнее тебя уважать, – решил подбодрить.
– А у нас нет. Чем больше шрамов, тем женщина уродливее, – как-то вырвалось.
– Тебя считать уродиной? – вскинул брови.
Вот и слезы на глазах навернулись. Катина тогда покраснела, зыркнула на орка испепеляющим взглядом и чуть ли не убежала прочь.
– Глупая самка, – усмехнулся Ибар. – Но красивая.
Тунгур в это время осматривал жену вожака. Осторожно прощупал живот, заставил Тайли встать с кровати, пройтись до двери и обратно.
– Плохо дело, бэр Фаргар, – заговорил тихо. – Плод больно крупый для нее, не разродится. У нее и так уж кости разошлись, а еще ходить и ходить. И тощая совсем. Разве ж это будущая мать, кормилица? И потом, от меня тут проку мало, тебе Магура нужна.
– Значит, будет Магура.
– Но и карга старая не поможет, – про себя Тунгур был очень рад, поскорей бы эта бушта отправилась на тот свет. – Травами напоит, а дальше? Вынашивать за нее не будет.
Фаргару тяжело дались его слова, но вида постарался не подать, чтобы Тайли не разволновалась, ей и так плохо.
– Ты свои мысли при себе оставь, – прорычал. – Скажи лучше, что нам сейчас делать? Как улучшить ее состояние?
– Есть ей надо, чтобы силы вернулись. Гуляет пусть. Остальное Магура скажет. Я воинов лечу, раны зашиваю, бабские кагима19 мне ни к чему.
– Габан. Можешь возвращаться в лагерь.
– Как скажешь, бэр Фаргар. Разве что, вот, – вынул из-за пояса склянку с порошком. – Заваривать по щепотке, трава аппетит повышает.
Фаргар взял склянку, после чего выпроводил Тунгура.
– Что он сказал? – Тайли с трудом опустилась в кресло. Все ж постоянно лежать надоело.
– Что тебе есть надо. Много.
– А любить толстуху будешь? – улыбнулась.
– Я тебя всякую любить буду, – а про себя произнес «лишь бы живую». Сон так и не шел из головы. – За Магурой сегодня пошлю.
– Лучше дрэкса отправить. Так быстрее получится.
– Верно говоришь, – присел около нее на корточки, взял за руки и приложил пальцами к своим губам.
Спустя минут пять Тайли вдруг просияла радостью:
– Знаешь, а мне есть захотелось.
– Узнаю свою самку.
Фаргар открыл дверь, однако нашел только Ибара.
– Найди эту, меченую. Пусть распорядится о провизии.
– Как она? – тотчас уловил запах Тайли, однако в комнату заглянуть не решился.
– Плохо. И вот, – передал ему в руки порошок. – Тунгур дал, сказал, ей легче станет. Щепотки в питье достаточно.
– Габан.
Ибар быстро нашел Катину, по запаху. Все ж пахла она тоже по-своему, цветами Хависа, раньше он часто встречал их на равнинах. Девушка сидела в столовой за столом, смотрела в окно каким-то отршенным взглядом.
