Выдохнула, только когда оказалась у себя, заперла дверь и прислонилась к ней спиной.
Всё же в Сергее и его отношении ко мне было что-то такое… Что-то неуловимо близкое мне, чего я не понимала, но инстинктивно доверялась этому чувству.
* * *Наутро проснулась от громкого удара в стену, потом еще.
Я вжалась в спинку кровати, смотря на стену, разделяющую нас со спальней мачехи. Подтянула к себе одеяло и прижала к груди. До подъема в школу оставалось еще полчаса, но сон уже не шел. Я вздрагивала от ударов предметов в стену и крика Мари, переходящего в визг.
Даже не разбирая слов, было понятно, что в спальне разразился скандал между отчимом и мачехой. Она что-то требовала, а он пытался её успокоить. Но куда там.
Я вздрогнула от очередного удара в стену. Теперь это было похоже на удар кулаком, чем запущенным предметом. И точно в подтверждение моих слов, раздался рык Сергея:
— Истерики свои прибери, выдра, пока я при всех не сорвал твою гламурную маску.
Не знаю, что там происходило за этими словами, но уже через несколько секунд раздался вой и причитания. О чем просила Мари я не разобрала, зато рокочущий ответ отчима дошел до моих ушей:"
"— Лучше бы ты приползла к Андрею и он принял гадюку на грудь. Держись подальше от неё. Если, не дай бог…
Его голос понизился, но я догадалась, от кого отчим пытается отстранить Мари.
От меня.
Еще через минуту хлопнула дверь соседней спальни, а махеха продолжала пронзительно скулить за стенкой.
Всё было непривычно, очень. Я никогда не замечала конфликты между отчимом и Мари. Хотя наверное не замечала и особой любви, теплоты, которую представляла себе между любящими людьми.
Пытаюсь вспомнить, какие взаимоотношения были у мачехи с папой, и тоже понимаю, что в них не было любви. Мари всегда любезно-подобострастна, лживо улыбается, произносит неискренние комплименты. А папа словно не замечает, она для него скорее как говорящий интерьер.
Может поэтому я не особо удивилась, когда Мари, нарушая все сроки траура, привела в дом нового мужа? Но даже между ними будто бы не было чувств, или я их просто не видела, потому что до недавнего времени Сергей вообще никаких чувств не проявлял.
А вот теперь эта забота и опека меня, защита от Мари и скандалы.
Неужели меня есть от чего защищать? Что мне может сделать мачеха? Я уже чувствовала себя бесправным членом не только семьи, но и общества. Учусь на престижную профессию, но уверена, что действительно показать свои навыки смогу только в обслуживании хозяйства, наймусь той же домработницей в богатый дом, или уборщицей.
Еще не стоило сбрасывать со счетов желание Мари закрыть меня в психушке. И ведь частично ей удалось меня закрыть, в собственном то доме точно. Так что психушку нельзя списывать со счетов.
