Я настолько была рада уйти наконец-то из центра, что согласилась бы на что угодно, только поскорее прекратить эту вылазку.
Вот так, загруженные по самые зубы бессмысленными и дорогими покупками, мы вернулись в машину.
— Костя поужинает без нас, а мы устроим себе праздничный вечер.
— Зачем?"
"— Почему ты такая грустная? Я хочу, чтобы ты первый наш день запомнила, как самый счастливый.
— Первый… наш?
Он пёр напролом. Я чувствовала, но не могла сопротивляться. Я и раньше не могла, и теперь ничего не изменилось, хотя я уже считала себя смелой и даже храброй. Но под напором Андрея, который пообещал не давить, вся моя хрупкая оболочка бравады разбивалась.
— Для меня — первый, — загадочно улыбнулся он. — Поехали, чего мы время тянем.
Местечко оказалось дорогим раскрученным рестораном для толстосумов. Я не оглядывалась по сторонам. Мне было не интересно смотреть кто и с кем здесь сидит, больше давило то, что я в простенькой кофточке и джинсах. Куртки мы сняли и оставили в гардеробе.
Зато Андрей вертел головой и постоянно с кем-то здоровался, кому-то приветственно махал, жал руку, проходя мимо, пока мы наконец не добрались до столика у окна. Это было спасением, потому что от настойчивого взгляда спутника я могла отвернуться и просто смотреть в окно.
— Выбирай, — он подвинул мне меню без цен.
Я безразлично оглядела выбор незнакомых блюд и покачала головой.
— Если можно, выбери сам.
— Ты мне нравишься всё больше.
Как только официант принял заказ и ушел, Андрей протянул руки и взял в них мои.
— А теперь давай поговорим о планах. Да-да… Я знаю, что у тебя их нет. Так пусть появятся. Вместе со мной, — он улыбался мягко, доверительно, поглаживая мне ладони большими пальцами.
Я же отвернулась к окну. Ну какие у меня с ним могут быть планы?! Он же только что сам сказал, я ему едва-едва нравлюсь. Ни общих интересов, ни общих увлечений. У меня ничего нет с ним общего. Всем движет жадность и желание получить мое наследство.
А Андрей словно искал возможность поговорить именно о нем.
— Вспомни, как спокойно и счастливо ты жила с отцом, пока он был жив, — тихо, проникновенно начал Андрей, продолжая играть моими пальцами. — Беззаботное радостное детство. Разве ты отказалась бы вернуть то время?
— Нет, но отца не вернуть.
— Его не вернуть, но я могу устроить тебе безбедную жизнь. Никаких беспокойств, никаких забот и волнений. Ты снова станешь простой восемнадцатилетней девчонкой, переживающей, что надеть на вечеринку, какую помаду купить, как сдать последние экзамены. Я предлагаю тебе жизнь, которую ты заслуживаешь.
Андрей говорил так убедительно, что во мне что-то отозвалось на его слова. Хочу ли я стать обычной девчонкой? Да. Да-да-да!
— А взамен? — я должна была спросить об ответной расплате.
