Анька, как только меня увидела, сразу громко рыдать давай и бородатого аллергика своего домой отправила. Еще дети ей жути нагнали. К вечеру случилось страшное — о моем моральном падении узнала мать.
Затем Паулина звонила и скорбным голосом спрашивала, как у меня дела.
За-е-ба-ли!..
— Просто не груби ей. Я тебя прошу, — помотав головой от надоедливых мыслей, вздыхаю.
— Разберемся!..
Мы выходим из шашлычки и грузимся в служебный патрульный автомобиль Бойцова.
— Сейчас, пять сек!.. — говорит он, подъехав к двухэтажному дому в частном секторе.
Через десять минут выбегает с сыном на руках, пристегивает его к сиденью справа от меня. Я прищуриваюсь и натягиваю темные очки, чтобы не напугать ребенка. А он пугаться и не собирается. Пухлый, рослый бутуз. Лыбится и, застеснявшись, к окошку отворачивается.
— В садик заедем, а потом к вашей тетке сразу. Не холодно тебе, Иван?
— Неть, па-па!.. — звонко выдает.
На вид парню года три.
— Мамка сильно на меня ругалась, когда на учебу поехала? — Тимур продолжает.
— Сина-сина, па-па…
— Нам пиздец, Ваня!..
— Пизь-десь, — еще звонче выдает.
— Иван Тимурыч! — басит Бойцов. — Это вычеркни. Отставить. Нельзя так говорить.
— Пизь-десь, папа!..
Мы с Огневым, опустив головы, тихо ржем. У детского сада сидим молча, каждый в своих мыслях. Антоха дремлет после смены.
— Классный сын у тебя, — говорю Тимуру, когда он запрыгивает в тачку.
— Классный, — подтверждает. — Ты это, найдешь свою потеряшку и тоже заводи. Что я, один мучиться должен? Антоха вон, сразу вдвое план перевыполнил.
— Да куда там? — грустно улыбаюсь, вспоминая свою Мандаринку. — У нее медакадемия! Врачом мечтает стать… До семьи, говорит, еще не доросла.
— Самостоятельная, значит. Еще одна фенистилка.
— Кто? — усмехаюсь. — Феминистка?
— Вроде того.
У дома тети Феши даю Бойцову последние наставления, а потом, как на иголках, ерзаю на сиденье.
Тимур возвращается так быстро, что я разочарованно морщусь.
— Не вышло?..
— Почему не вышло? Вот!
Показывает зажатый в красном удостоверении лист бумаги. Потянувшись к нему, активно благодарю: — Спасибо, от души!..
Выхватив, читаю фамилию и точный адрес в Подмосковье.
Ох-ре-неть! Так не бывает…
Коновалова Ника Венцеславовна. По матери Солнцева.
Дочь Вени Коновала. Того самого олигарха и бывшего вора в законе, который меня в Елкино и определил.
— Ладно, парни. Я в Москву, — еле сдерживаюсь от злости.
— Да погоди ты. Тебе одному с этой вороватой родней не справиться, — озадаченно продолжает Бойцов. — Я тебе телефон Отца дам, — тянется к мобильному.
— Отец? Твой?
— Не в том смысле. Это фамилия. Влад Отец — мой старый товарищ-собровец, сейчас на пенсии, но мужик он правильный и тебе обязательно поможет…
Глава 32. Ника-Ника-Костяника
Константин
— М-да… Засада, однако, — хмурится Влад.
