Я же решила отоспаться, так как эти китайцы и днем и ночью согласны вытряхивать из меня информацию, даже ту которой я пока не владею. Проспав полдня, снова зарылась в разработки, так как следующая неделя была посвящена презентации новых разработок. Может быть, Китайцы вложатся в развитие этих проектов. Кстати вторая разработка Есенина тоже фигурировала здесь, и я уверена, что умные и состоятельные люди сразу же попытаются купить ее. Уж я-то приложу к этому все усилия. Кстати, Злата ночевать так и не пришла.
Встретились мы с ней только в понедельник утром в зале совещаний. Помощница выглядела не выспавшейся, но довольной, как кошка. В обед она мне радостно поведала:
– Син мне сделал неприличное предложение, – Злата сияла как начищенный самовар.
– В смысле? – Не поняла я.
– В прямом. Он хочет, чтобы я переехала к нему, и позволила сделать наш брак настоящим. Представляешь? – Да уж, я представляла. Даже предполагала нечто подобное. – А еще он поедет знакомиться с моими родителями, и новый год проведет в Минске.
– Здорово, – порадовалась я за девушку, а сама подумала, что если Есенин еще не передумал, то, пожалуй, я тоже соглашусь на его странное предложение.
Вообще, в последнюю неделю Арсений мне не писал. И фото не отправлял. Я впрочем, тоже, потому что элементарно забегалась. Надеюсь, что он хотя бы Байта на произвол судьбы не бросил.
Эта неделя далась мне тяжелее всего, так как я не очень хорошо умею общаться с людьми. На работе фиг с ним, там приходится, потому что Митин должен иметь компетентного начальника на этой должности, коим я и являюсь. Но и мои парни тоже не особо многословны, все их мысли были в формулах и кодах. А здесь приходилось много говорить, пытаться произвести хорошее впечатление, участвовать во всех устроенных принимающей стороной мероприятиях.
На мой рейс в аэропорт меня провожали Злата и Син, успевший за эти недели впечатлиться уровнем моей профессиональной подготовки. Он вообще просил прислать к ним кого-нибудь для постоянного обучения его подчиненных. Но не объяснишь же ему, что всему мы учимся исключительно на практике, с помощью граблей и шишек. У нас в России вообще образование – вещь непрактичная и малосъедобная. Ну да пусть ему об этом постоянно фыркающая от смеха жена расскажет.
Успокоительное я выпила еще в отеле, поэтому из самолета выбежать не хотелось, хотелось сжаться в комочек, и молиться несколько часов, чтобы самолет долетел. Кажется, я накаркала, так как при взлете что-то случилось с шасси и нам пришлось приземляться обратно в этом же аэропорте. Затем пришлось ждать около двух часов, чтобы пересесть на другой самолет, и все-таки взлететь.
