— Мы продвигали ""безупречную семью""!

— Тише. Ребёнка разбудишь. Меняй концепцию, значит. За что я тебе такие бабки плачу? Была безупречная, стала… Ну какая там? — взмахивает рукой.

— Стала — ""ближе к народу"", — прохожу я, присаживаясь в свободное кресло.

— Вот, — щёлкает пальцами отец.

Яська обнимает его сзади за шею, целует в щеку.

— Не подлизывайся. Ты подала документы на факультет?

— На спортивный менеджмент.

— Это что за зверь ещё?

— ""Планирование, организация, руководство и контроль бизнеса в области спорта"".

— Мм… Ладно, переживу. Кому там надо позвонить, чтобы взяли.

— Бессо Давидович уже позвонил.

— Чтоб я без него делал?… — слегка болезненно с ноткой скептицизма.

— Не ревнуй! И я готова залезть в твою молодёжную политику по спорту!

У отца вытягивается лицо. Он с опаской переводит взгляд на Ясю.

— Ты хочешь моей окончательной политической смерти?

— Волонтёром! — играет она бровями.

— Ах, ну если волонтёром. Тогда ладно…

— Буду повышать твой рейтинг среди молодежи, — продолжает подлизываться Яська.

— Там Иван уже сегодня ""наповышал"" на своём канале.

— Да ладно… Неужели в минус пошло? — хмурюсь я.

— Борис, что там у нас по опросам ""одобрения"" в соцсетях?

— Рейтинг упоминания вырос в четыре раза. Растёт молодёжная аудитория… — недовольно. — Незначительно пока.

— Так стрим только вышел. Вырастет… — пожимаю плечами. — К следующим выборам раскачаем немножко.

— Мужская аудитория — ровно.

Да, мужикам семейные скандалы до звезды. Они топят за дороги и малый бизнес.

— Женская — качается. Рейтинг одобрения упал.

— После сюжета с участием… всех детей, — бросаю взгляд на Стасю.

Стася называет Ольгу Валерьевну мама Оля и не слезает с рук. Это архи-умилительно! На это можно просто рыбачить в женской аудитории. И естественно это попало в фокус.

— Почему он не выходит? ""Команда крутых специалистов"" тупит? — смотрю на Бориса.

— Почему он не выходит? — поднимает взгляд на него отец.

— Я надеялся, что мы все-таки избежим огласки, — вздыхает тот, переводя на меня недовольный взгляд. — Вы же не поставили меня в известность о… многих деталях.

— На сколько мы упали после выборов? — уточняет отец.

— Восемнадцать процентов. И будем падать ещё в ближайшие десять дней. Случись это до голосования, мэром бы Вы не стали.

— А где мама? — пристраивается на подлокотник с другой стороны от отца Яська.

Стася ерзает во сне, раскрываясь.

— Оформляет документы, — прикрывает снова покрывалом.

Стася остаётся… Отец и слова против не сказал.

И за это я готов ему простить все его косяки. Но прощать вроде как и нечего особо.

Смотрит на часы.

— Мы можем посидеть со Стасей — переглядываемся с Царевной.