– Я слишком занята…
– Чем?
– Я в отпуске… Творческом! – нашлась в последний момент, и скорчила умильную моську.
– Сколько ты хочешь? – грозно и решительно спросил собеседник. А я фальшиво очаровалась. Прикинула, что если сейчас заряжу несусветную стоимость, то он сам откажется от бредовой затеи.
Я назвала шестизначную сумму. Мужчина округлил глаза.
–Ты ничего не попутала? Я тебя фотографом хочу, а не просто хочу.
– Ой, как-будто элитная девочка стоит дешевле, – со знаменитым одесским акцентом отбрила я.
– Намного! – возмутился писатель. И тут-то и наступил любимый для меня момент – торг.
– Ну, вот смотри, – как маленькому решила объяснить на пальцах. – В году двенадцать месяцев. Это двенадцать, как минимум, сетов, с учётом того, что некоторые из них ты не сможешь перемешивать.
– Это какие, например? – он сложил руки на груди.
– Новогодняя съёмка, праздничные, ты же поздравляешь своих читателей с восьмым марта, Пасхой, днём Ивана Купалы…
– А это ещё зачем?"
"– Для разнообразия, не перебивай, – отошла к скамейке под яблоней. – Так вот. Двенадцать сетов. Это двенадцать наборов референсов, бронь студий и локаций, луки, работа ассистента, аренда недостающего оборудования. Опять же, выездные съёмки – это отдельная графа расходов, от подорожных вплоть до оплаты закрытой территории местного парка, оранжереи…
–Всё. Я тебя понял. Это сложно и дорого. Давай тогда хотя бы до конца года, – скоропалительно принял решение мужчина, вставая напротив меня и, видимо, ощущая моё нежелание прикосновений…
Я назвала эту же сумму.
– Не понял. Количество съёмок же уменьшилось.
– А оптом дешевле, тем более это мои сверхурочные, я же в отпуске…
– Тебя цыгане торговаться учили?
– Как ты мог такое обо мне подумать! – наигранно возмутилась я, приложив ладонь ко лбу, притворно лишаясь не только совести, но и чувств, что на скамейке было удобно. – Бабушка любимая!
– И почем у неё была краденая лошадь?
– А то сам не догадываешься, что дорого.
– Впрочем, как и цена на твои услуги.
– Конечно, ибо дёшево не может быть качественно.
– Бред. Носки из собачьей шерсти не такие дорогие, а греют лучше козьего пуха.
– Ну, так иди, дальше ищи носки по размеру, а меня не отвлекай!
Да, дипломатия явно не мой конёк. Или просто меня нельзя выпускать к людям голодной и сонной. И вообще, если сейчас же я не лягу в кроватку, то кто-то оприходует домовину!
Я гневно сверкнула глазами на писателя. Лучше злиться, чем блаженно пускать на него слюни.
– Хорошо, я согласен, – ещё не зная на что подписывается, уведомил меня писатель.
– Первое правило: если я сказала надо – значит надо.
Мужчина сложил руки на груди. Но к его чести, не перебивал.
