Святой отец несколько мгновений вглядывался в приближающихся пауков, досадливо цыкнул и пробормотал:

— Далековато… Литас, а ну-ка дай сюда стрелу. — Святой отец выхватил у охотника из колчана стрелу и зажав ее наконечник между ладоней, что-то беззвучно зашептал. И вновь я увидел яркие искорки, заплясавшие на пальцах священника. Прищурившись, отец Флатис осмотрел стрелу и, удовлетворенно кивнув, передал ее Литасу со словами: — Постарайся в глаза угодить — туда, где душа безвинная томится.

Литас, не задавая лишних вопросов, убрал прежнюю стрелу в колчан и наложил на тетиву поданную священником, который уже занялся следующей стрелой. За прошедшие несколько минут гномы и следующие за ними по пятам пауки успели преодолеть изрядное расстояние. Стоявший в центре стены здоровяк взглядом измерил расстояние и проревел:

— Бей!

Звонко зазвенели спускаемые тетивы, и к паукам устремился десяток стрел и арбалетных болтов. Больше половины просвистели рядом с мечущимися пауками, но две стрелы все же нашли свою цель. Впрочем, без особого результата — на моих глазах тяжелый арбалетный болт врезался одному пауку в сочленение ног — одна костяная лапа отлетела словно отрезанная, но паук этого будто и не заметил, лишь немного сбавил скорость. Еще одна стрела ударила одного из пауков в лоб и, не причинив вреда, отскочила в сторону — сказывалось расстояние. Над стеной пронесся гул разочарованных возгласов и злобных ругательств.

— Бей! — вновь заорал Рикар, и навстречу наступающим паукам понесся следующий залп.

Стрелки пристрелялись, и на этот раз залп лег гораздо кучнее. Троих пауков откинуло на шаг назад, одна тварь потеряла сразу три лапы и беспомощно закрутилась на месте. Слаженное движение пауков было сорвано — воспользовавшись передышкой, гномы поддали и вырвались из зоны, где пауки могли воспользоваться своей магией. Еще мгновение, и коротышки скрылись за гребнем скалы.

— Да! — завопил я вне себя от радости. Воины подхватили мой крик, и по ущелью понеслись восторженные вопли.

Поняв, что добыча ускользнула, пауки замерли на месте и перевели взгляд пылающих глазниц на стену. Будь на их месте живые существа из плоти и крови, они давно уже улепетывали бы восвояси, спасая свою шкуру. Но паукам бояться было нечего — они и так давно мертвы.

Выстроившись в ряд, пауки одновременно сверкнули глазницами, и в нас ударил яркий зеленый свет. Такой ласковый и теплый… в ушах послышалось успокаивающее бормотание… «шагни вперед» «всего один шажок»…

Рывком придя в себя, я истошно завопил:"

"— Отец Флатис!

И словно ожидая моего окрика, священник выкрикнул:

— Давай, Литас!

Повернув голову к охотнику, я еще успел увидеть, как он спустил тетиву и отправил стрелу в полет.