Но не тут-то было! Самуил Семенович развернул такую агитацию, какой институт, пожалуй, не видывал за все время своего существования! Затем он помог Радченко сдать вступительные экзамены, а после зачисления обрадовал: мол, хоть и поступил он не на самый престижный факультет, зато будет играть в лучшей волейбольной команде. Собственно, это и решило дело.
Конечно же, по уровню факультетская команда не шла ни в какое сравнение с той, в которой Алексей играл прежде. Но, словно компенсируя все рухнувшие мечты, на первой же тренировке судьба подарила ему друга: как встали они с Артемом в пару на разминке, так вдвоем и покинули спортзал. Поужинали в столовой и отправились гулять по улицам. При ближайшем рассмотрении город Радченко даже понравился: красивые дома, много зелени, симпатичные девушки…
Познав первые жизненные разочарования (Артем не добрал баллов на робототехнический и вынужден был перейти на строительный), оба воспринимали такой поворот в судьбе по-философски спокойно: все еще впереди, они добьются своего.
Естественно, пара спортсменов-красавчиков не осталась в институте незамеченной. Девушки их обожали, сокурсники уважали и старались подружиться. Преподаватели же относились к ним снисходительно: учились оба, что называется, спустя рукава, на зимней и летней сессиях на первом курсе каждый получил по два «неуда». Так что если бы не заботливый Самуил Семенович и не тогдашний декан строительного факультета — большой почитатель спорта, вылетели бы они из института, так и не дожив до геодезической практики.
Осенью любимец студентов декан умер, а буквально через месяц руководство института понизило заведующего кафедрой физвоспитания до обычного преподавателя и назначило нового. Обидевшись до глубины души, Самуил Семенович перевелся в соседний университет, опекать спортсменов стало некому, и если бы не случай на втором курсе, о котором Алексей не любил распространяться, неизвестно чем закончилась бы для Радченко и Кушнерова эпопея с получением высшего образования.
…Накануне зимней сессии они никак не могли сдать расчетные работы по сопромату и получить вожделенный зачет. Расчеты Леше сделал однокурсник-отличник, Артем, не вникая, все у него содрал и подогнал под свой вариант. Ювелирно оформив прилагающиеся чертежи, они понесли сдавать расчетки известному своей принципиальностью Худяеву. Тот, задав пару вопросов и не услышав в ответ ничего вразумительного, отправил обоих восвояси. Просьбы тренеров принять работы и поставить зачет не возымели должного эффекта: Глеб Петрович категорически отказывался оценивать спортивные заслуги студентов вместо знаний по сопромату и назначал все новое и новое время сдачи.
