— А зачем он интересовался мной?

— А вот это Горохов тебе сам расскажет, сходи к нему. Ждет тебя прямо сейчас в восьмом кабинете.

— Да знаю, где он заседает. Разрешите идти?

— Иди, потом расскажешь.

Я вышел от Паутова и прямиком направился к следователю. Вот и знакомый кабинет. Постучался и приоткрыл дверь:

— Разрешите?

Следователь стоял возле распахнутого окна и курил. Он был один.

— Входите, товарищ Петров, присаживайтесь.

Все-таки недоброе предчувствие меня не покидало. Сесть предложил — значит, это надолго. Но психологини при нем нет, вроде не допрос собрался учинять.

И улыбается так, без яда, настроен дружелюбно. Похоже, что будет совета или помощи просить.

Я почти угадал."

"— Мое руководство в Москве, — начал разговор Горохов, не прекращая пускать клубы дыма из незнакомой на вид сигареты (похожа на заграничное курево), — с МВД СССР издало совместный приказ о создании специальной следственной оперативной группы в Новоульяновске для работы над делами душителя. До этого мы были прикомандированы для оказания практической помощи, так сказать. Теперь дело обрело новый поворот. Прокуратура признала наличие в Новоульяновске серийного убийцы, в связи с чем следственная группа будет работать здесь на постоянной основе под моим непосредственным руководством.

Все формальности уже утрясены, и соответствующий приказ спущен в областное и городское управления милиции. Мне поручено набрать в состав группы наиболее опытных и перспективных сотрудников. После получения их согласия, сотрудники поступят в мое распоряжение до особого указания. Я хочу, чтобы ты работал с нами.

— Не буду кривить душой, Никита Егорович, мне бы этого хотелось, но ведь я по должности простой слесарь, прикомандированный к кримотделу.

— Ты думаешь, что я не учел этот вопрос? Официально будешь прикреплен к моей группе в качестве техника-фотографа. Но сам понимаешь, пока мы не нашли преступника, фотографировать нечего. Будешь тянуть лямку наравне со всеми по мере своих возможностей и в соответствии с профессиональной квалификацией. Выдадим тебе временное удостоверение помощника следователя Генеральной прокуратуры.

— А разве такая должность бывает?

— Будет, — улыбнулся Горохов.

— Ну так что? Согласен?

— Конечно, — не задумываясь, ответил я, а про себя подумал: “Ни хрена-се… Был слесарем, а стану представителем Гепрокуратуры. Карьера прет…”

Потом поразмыслив, добавил:

— А можно просьбу, Никита Егорович?

— Ну.

— Включите в свою группу еще одного человека. Инспектора уголовного розыска Погодина. Это он со мной мальчика искал и Степанова задерживал.

Неплохо мы с Погодиным сработались, почему бы не стать напарниками, так сказать, более официально?

— Знаю, — кивнул следователь.