Но барон лишь хихикнул:
– Полагаю, более уместным был бы вопрос, что нужно тебе? Если только ты не собираешься убедить меня, будто ты здесь просто прогуливаешься на свежем воздухе."
"Гарет смотрел на барона и искал в нем черты сходства с собой. Тот же нос, те же глаза, та же осанка. Именно поэтому Гарету никогда – до того рокового дня в кабинете барона – не приходила в голову мысль, что он, возможно, бастард. Он с детства был сбит с толку презрением человека, которого привык называть своим отцом. Когда он вырос и стал понимать, что происходит между мужчиной и женщиной, Гарет задумался: возможно, отношение к нему отца объяснялось неверностью матери.
Гарет ему поверил. У барона было много плохих качеств, но он не был глуп и определенно умел считать до девяти. Но ни ему, ни барону не приходило в голову, что похожие носы – это не совпадение, что Гарет действительно мог быть Сент-Клером.
Гарет пытался вспомнить, любил ли барон своего брата.
– Ну, что ты можешь сказать в свое оправдание? – потребовал ответа барон.
Гарет посмотрел в глаза человеку, который в течение долгих лет был правящей силой в его жизни, и ему захотелось сказать: «Ничего, дядя Ричард». Это был бы великолепный удар, рассчитанный на то, чтобы ошеломить и сбить с ног. Стоило бы сказать это хотя бы для того, чтобы увидеть, как барон будет шокирован.
Момент был идеальный, но Гарет не захотел им воспользоваться. Ему это было не нужно.
В прежние времена он постарался бы догадаться, что может чувствовать барон. Почувствует ли он облегчение, узнав, что титул перейдет к настоящему Сент-Клеру, или, наоборот, разозлится – ведь ему наставил рога собственный брат?
Раньше Гарет стал бы раздумывать, прикидывать, что лучше сделать или ответить, а потом, следуя своим инстинктам, нанести сокрушительный удар.
Но теперь...
Какая разница?
Он никогда не полюбит этого человека.
Он взял Гиацинту за руку.
– Мы просто вышли погулять. – Это было заведомо смехотворное объяснение, но Гарет произнес его с привычным апломбом, в том же тоне, каким он всегда разговаривал с бароном. – Пойдемте, мисс Бриджертон.
Но Гиацинта не сдвинулась с места, она словно окаменела. Девушка вопросительно посмотрела на Гарета, не веря, что он промолчал.
