Кажется, Андрей впервые слышит, как Андрюшка говорит. Приближается к нам и по-доброму рокочет мужскими нотками, успокаивая уверенным голосом, и мальчик затихает.

В конце второго дня, когда мы читаем с Андрюшкой книжку, а потом засыпаем, в тишине и темноте палаты, обняв за шею, он шепчет мне:

– Света, а ты моя мама?

И я так же тихо отвечаю, понимая, что сейчас это только наше с ним таинство.

– Да, сыночек. Твоя.

Проглатываю ком в горле, когда он счастливо выдыхает, обхватывая меня крепче ручонками.

– Мама, я тебя так люблю!

* * *POV Шибуев

Меня не было сутки, но сразу же после ночного дежурства в больнице скорой помощи, рано утром, я еду в клинику к отцу и захожу в палату к Светке и Андрюшке.

К жене и ребенку, именно так комментирует мой приход отец одному из своих врачей, когда оба встречают меня в отделении. И я натянуто улыбаюсь коллеге, вдруг вздумавшему поздравить меня со свадьбой. Мы оба с ним пойманы внезапностью, и благодарность выходит такой же неловкой, как и поздравление.

В палате тихо, Андрюшка спит. Сегодня пятый день после операции, отец звонил мне дважды, и я знаю, что с малышом все хорошо. Чего не скажешь о Светке.

Я застаю Уфимцеву в туалете. В тонкой сорочке, босиком, она стоит над умывальником, опершись рукой о стену, и шумно дышит, борясь с приступом тошноты. Но вот новый спазм сжимает желудок и скручивает ее пополам, вызывая приступ рвоты.

Прежде чем успеваю подумать, я обнимаю ее за талию, оказавшись рядом.

– О, господи… – она не ожидает моего появления и вздрагивает. – Андрей, уйди, – просит. – Пожалуйста. Это неприятно – видеть меня такой.

– И не подумаю. Я только что пришел.

– Ну и кто из нас упрямый? – Светка находит мое лицо в отражении зеркала и усмехается.

 – Тогда хоть умыться дай, – плещет в лицо водой и делает глубокий вдох. – Господи, – шепчет, – как мне плохо. Но я справлюсь, Шибуев. И не смотри на меня так, словно я при смерти, и ты собрался делать мне искусственное дыхание.

– Помечтай. Для этого в клинике есть дефибриллятор и аппарат вентиляции легких.

– Шутник.

Я подаю ей полотенце, и она прикладывает его к бледному лицу. Поворачивается, позволяя мне себя обнять. Я прижимаю ее к себе, чувствуя, как холодный нос утыкается в мое плечо. Не могу удержаться, чтобы не погладить затылок.

– Андрей, я в порядке, правда.

– Вижу. Но это скоро пройдет, и будет лучше. Потерпи, тебе достался двойной пакет испытаний. Ты сильная, Света, анализы говорят, что справляешься. У тебя хорошо получается, слышишь?

Она кивает.

– Мне и правда лучше, просто ты пришел в неподходящий момент. А еще твоя мама, кажется, собралась здесь прописаться. Она бывает у меня каждый день, как будто мне своей мало. Посмотри, во что превратилась палата. Скоро здесь можно будет открыть детский отдел игрушек.