После клиники и работы с терапевтом мама чувствовала себя все лучше. Но самое главное, благодаря связям Рижского ее дело пересмотрели, и теперь она могла отбывать наказание не в четырех стенах, а просто не выезжая из города. Потому женщина сейчас рассуждала куда логичней меня.

– Он отключил телефон! – В который раз жаловалась я. – Как он может так со мной поступать? Я хочу вернуться назад к тебе. Ресторан снова оформлю на него.

Мама качала головой.

– Дочка, не кипятись, – попросила она, – тебя подставили, но он-то про это не знает. Или понимает, но по каким-то другим причинам не может сейчас говорить.

Ты должна запастись терпением. Когда-то я точно также психанула и рассталась с твоим отцом. Да, я не пропала. Но ты думаешь, мне было легко? А у вас еще и такие сильные чувства. У вас ребенок скоро родится! Алена, возьми себя в руки и пока просто жди.

Я не разделяла маминого спокойствия, но за вещами не поехала. Пробыла в родительской квартире до позднего вечера, мы с мамой много говорили. Я наконец почувствовала ее поддержку как в старые времена. Моя мать пришла в себя и «вернулась».

И это тоже не без помощи Рижского. Я всегда буду ему благодарна, даже если он отвергнет меня. Но больше всего на свете я люблю его и хочу остаться с ним рядом.

Квартира Олега встретила меня полумраком и тишиной. Пока я добиралась, в душе теплилась надежда – он уже приехал и ждет меня. Но нет, следов любимого не наблюдалось.

Я обошла все комнаты. В ванной его синее полотенце, длинный халат в клетку. В кухонном шкафчике любимая кружка с надписью «босс». Это я ему подарила ради шутки, а он стал пить чай только из нее.

От вида родных вещей защипало в носу. Я готовила длинную речь, чтобы объяснить Олегу неприятную ситуацию. Но сейчас всё позабыла. Я просто села на нашу кровать, обняла его подушку и ждала. Сама не знала чего.

Мне кажется, я задремала. Звуки, которые меня разбудили, шли словно издалека. Какой-то шорох, стук. В темноте я разглядела силуэт, вздрогнула.

– Ух, так и думал, разбужу! – с придыханием прозвучал самый любимый на свете голос.

Я включила свет над кроватью, улыбнулась с искренней радостью. А потом пришли воспоминания прошедшего дня.

Я еще сильней задрожала.

– Я же обещал, успею! Хорошо, регистрацию мы назначили на четыре дня, и я смогу съездить подстричься.

Олег держался бодро и весело. Он что не получал смс? Я ничего не понимала – Аллочка решила пока придержать козырь? Или Рижский не включал телефон? Из глаз побежали слезы, все же этот день меня добил.

Любимый оглянулся, приподнял брови. Потом кивнул и нахмурил лоб.

– Алла Пална? – спросил он.

Я всхлипнула еще сильнее и принялась сбивчиво объяснять.