Утро проходит спокойно, как будто мы просыпаемся вместе далеко не в первый раз. Так же тянутся и следующие дни. Игорь работает, я помогаю ему как раньше. Забочусь о Зайчике-Носке. Через пару вечеров мы едем ко мне на квартиру, и я нагребаю большую сумку вещей. Золотов не делал каких-то громких заявлений, что нам надо жить вместе. Мы просто оба не хотим расставаться. Как будто и не допускаем даже, что можем находиться дома порознь.
Гармонию нарушают только мысли о будущей поездке к моим. Я позвонила маме, она сначала говорила через губу и, видимо, ждала моего раскаяния. Но я извинилась лишь за резкость и сказала, что хочу приехать к ним с мужчиной. Она уточнила, с тем ли, который был в больнице? И зачем-то просила его полные фамилию и имя.
Впрочем, родители хотя бы согласились нас ""принять"". Поговорить надо. Мне хватает того, что я не общаюсь со старшей сестрой.
Золотов спокоен, как удав. Хорошо, что он не из стеснительных. Но все равно я решаю, если мама обрушит на него негатив, мы просто развернемся и уйдем. Терпеть плохое отношение в сторону отца своего ребенка я не собираюсь. Однако я даже не подозреваю, какой будет вторая реакция моей семьи на Золотова.
Ехать договариваемся в четверг, у обоих родителей выходные от смены. Насчет Владика даже не спрашиваю, лучше бы его дома не было. Впрочем, он никогда и не сидит за семейными столами.
Золотов покупает для моей мамы аккуратный букетик гербер, для отца захватывает вкусный напиток из своей коллекции.
– Заранее извини за все, что там может произойти, – говорю ему в машине.
Но Игорь не принимает такое предложение.
– Ты не отвечаешь за родителей, – говорит он мне, – и я отношусь к этой теме философски. Не с ними же мне жить. Главное, чтобы они тебя не обижали.
Кажется, у нас здесь взаимность. Это мило, но на пороге отчей квартиры я внутренне сжимаюсь. Мы уже звонили в домофон, и теперь слышим лязг ключей. Папа открывает и тут же жестом приглашает в прихожую. В другой момент я могла бы постесняться скромного ремонта семилетней давности. Но сейчас есть тревоги посерьезней.
– Добрый день, – громко здоровается Игорь.
– Привет, – следую его примеру.
Папа произносит простое ""здрасти"" более-менее дружным тоном. А мама только выходит из кухни.
– Здравствуйте, молодые люди, – по ее голосу непонятно настроение.
Не знаю, что дальше сказать. А вот Золотов не теряется."
"– Это вам, – он протягивает маме герберы, – хочу извиниться за резкость во время нашей первой встречи. Возможно, мнение нужно было донести по-другому. И разрешите представиться – Игорь Золотов, молодой человек вашей дочери.
Игорь слегка кивает маме и протягивает руку отцу. Папа жмет ее.
– Ладно, извинения приняты. Я Андрей Андреич.
– Ирина Павловна, – называется мама с улыбкой.
