И что это значит? А то, что липу мы подсунули! Мертвые души начальству впарили! Соображаешь? Нас тогда с тобой на вилы как пить дать насадят… Так что журнальчик тщательно вести надо, отмечать вовремя, кто на свободе, а кого уже приняли. Понятно?
– Понятно. Что реальными душами надо заниматься, понятно, – покачал головой Богдан.
– А если нет этих душ? Кража есть, а вора нет. Как такая птица называется?
– Глухарь.
– Перепелок нужно отстреливать, уток, а глухарей нам не надо…
Ревякин говорил, говорил, а сам все писал, писал. Деятельная у него натура. Потому и самый высокий процент раскрываемости среди оперативников отдела.
На столе у Ревякина зазвонил телефон, что напрямую связывал кабинет с дежурной частью.
– Кража?.. Ну, надо бы посмотреть, вдруг висяк… Как сломалась?.. Да сходим, не вопрос…
Капитан резко поднялся со своего места, снял с вешалки ветровку.
– Кража на Красноармейской, машина сломалась. И моя старушка в ремонте. Ладно, пойдем пешком. Тут минут пять, не больше.
Народовольск – далеко не южный город. Предгорья Урала. Лето здесь не самое жаркое, но сегодня припекало, и можно было обойтись без куртки.
"Лихорадит страну.
Оперативники зашли в первый подъезд четырехэтажного дома, Ревякин позвонил в квартиру с номером два. Им пришлось подождать минут пять, прежде чем дверь им открыла дородная полногрудая женщина с нездорово красным цветом лица.





