Я укладываю мальчика на нашу кровать и обессилено усаживаюсь рядом.

Хэппи энд? Возможно, в книгах он есть. А вот в реальной жизни после кульминационного хэппи энда все самое сложное только начинается.

Когда мы с Андреем бросились на поиски Эрика, у нас не было никакого плана на будущее. Мы думали, что привезем его домой, и все будет хорошо. Бабушка и дедушка были готовы оформить на себя опекунство и воспитывать внука. Его ждала собственная комната и огромная порция любви от счастливых до безумия родственников."

"Но что-то пошло не так. Это стало понятно еще в Миконосе.

Эрик не подпускал к себе никого, кроме меня. Он решил, что я его мама. Видимо, Феликс держал его взаперти, и мое появление в сгоревшем доме Дины произвело на малыша неизгладимое впечатление. Каким бы безумным не был его отец, а Эрик, как и все малыши, верил каждому его слову.

После процедуры на определение родства с помощью забора ДНК греческие власти пошли нам навстречу и разрешили забрать мальчика в Россию, но с одним условием – в ближайшее время мы должны оформить документы на опекунство.

Юрий Семенович бросился собирать документы в тот же день.

Но Эрик! Он решил по-другому. Напуганный и отстающий в развитии, он вцепился в меня мертвой хваткой и напрочь отказывался отпускать даже в ванную комнату.

Нам с Андреем пришлось отложить все свои планы. Мы были так напуганы новой ответственностью, что переехали в дом его родителей. Каждый из нас думал, что так будет проще. Что у Эрика пройдет адаптация, он привыкнет к новому дому, и спокойно будет жить с бабушкой и дедушкой.

Но прошло уже десять дней, а дело так и не сдвинулось с места. Эрик вытянул из меня все силы.

Я уже даже не понимаю, кто я и чего хочу. Я устала. Знаю, это плохо, но морально я оказалась не готова к внезапно свалившемуся на голову материнству. Принять чужого ребенка, у которого сплошные проблемы – с нервами, с разговорной речью – очень сложно.

Андрей тоже оказался не готов к такой нагрузке. Наши безоблачные отношения начали проседать. Ссоры, усталость, и никакого продвижения вперед у Эрика – вот наше настоящее.

В последние десять дней мы словно переселились в ад, из которого нет выхода.

Эрик цепляется мне в руку и засыпает на моей стороне постели.

– Давай я его перенесу в кроватку, – шепчет Андрей.

– Попробуй, – соглашаюсь я.

Он осторожно подхватывает мальчика на руки. На цыпочках несет его в кроватку и уже почти кладет на подушку, как Эрик резко просыпается. Ночную тишину прорезает его новый крик.

– Черт! Ну, сколько можно?! – я не выдерживаю, всхлипываю. – Спи, Эрик! Невозможно не спать по ночам!

– Тася, не кричи на него. Он ведь не виноват, что оказался заложником Феликса вместе с Диной, – просит Андрей.