Как и я, она была бездетна, детей очень любила и хотела, и было ей сейчас шестьдесят три.
Джинсы, костюмы, белье, теплые свитера, куртки, несколько платьев, обувь – Марк и не заметит, что что-то пропало. Я не была привязана к вещам – я не хотела трат, это безумие. Драгоценности… все равно большинство можно лишь сдать в ломбард как лом, это двадцатая часть их цены, конечно, тоже деньги, но… обойдусь. Подождать, и все, что мне причитается, я получу. Нужно иметь терпение.
Но терпения я не имела настолько, что, щедро намазав волосы отельным кондиционером, быстро сбегала наверх и успела наговорить Ларисе голосовое.
Чертова слышимость в отеле не сразу позволила разобрать, что на втором этаже надрывается телефон.
– Зараза, – пробормотала я, глядя на потухший экран. Номер был незнакомый, звонили один раз, вполне возможно, клиент, поэтому перезвонить ему не выйдет. Замечательно, если он окажется упрямый, плохо, если у него открыт поисковик и он набирает всех юристов по очереди.
Экран загорелся – пришло сообщение на почту.
А могла бы и выругаться, повод был.
Глава 5
«Через десять минут на парковке возле БЦ “Парус”. Бумажник не забудь. Я все проверю».
Однако, хмыкнула я, напор и краткость вызывают не то уважение, не то оторопь, но телепортацией я не владею. И, в конце концов, это нужно больше ему, а не мне.
Отправив ответ, что я освобожусь примерно через три-четыре часа и буду находиться в самом центре, а не на северо-западе города, я взяла куртку, злополучный бумажник и вышла.
Сообщение я проверила, только когда расплачивалась за кофе и сэндвич в здании, где был мой офис, и от возмущения чуть не выронила стаканчик.





