Мэтт зашел на сходни, прислонившись к перилам, и смотрел на лебедей.
Было бы хорошо продать алмаз и поправить свои дела. Но кто даст реальную цену за украшение с такой репутацией? Да и хочет ли он таким образом разбогатеть? Он разжал руку и снова посмотрел на камень. Тот сверкнул, на миг ослепив его, и Мэтью сжал кулак.
Мэтт хорошо знал, что должен сделать. Он размахнулся, и закинул кулон как можно дальше. Голубые воды приняли его, тут же сомкнувшись и пряча драгоценную добычу. Лебеди, думая, что он кинул хлеб, бросились к месту падения кулона и удивленно плавали кругами, не понимая, куда делать их еда.
Вот и всё.
История закончена. Пусть Тайлор сам разбирается со своей пассией. Ему они больше не страшны.
Фрау Марта осталась в прошлом. Как и всё, что было до неё."
"А впереди был яркий солнечный день, и такая же солнечная жизнь, очищенная от скверны драгоценной жертвой.
Виконт шел по дорожке, насвистывая известную мелодию.
И, наверное впервые в жизни, он ощутил себя по-настоящему счастливым!
Эпилог
1840 год.
Как же тяжело быть отцом двух юных сорванцов, которые казалось только вылезли, из пелёнок, и уже готовы поучать его и Оливию!
Мэтью ожидал, когда его сын раскланяется с юной цветочницей, которая строила ему глазки.
В семнадцать лет он тоже заигрывал с цветочницами,вспоминая прошлое усмехнулся Мэтт.
- Филипп, мы так опоздаем, - он подвинулся, впуская юного повесу в коляску, - и твоего племянника крестят без нас.
Филипп пожал плечами. Яркие синие глаза он взял от матери, а непокорные каштановые кудри явно от него, хотя сейчас волосы Мэтта давно были припорошены сединой.
- Почему я должен ездить в провинцию каждый раз, когда Глория рожает очередного наследника графу Свенсену? Разве это честно, отец? - Филипп капризно поджал губы, и стал рассматривать пролетающие мимо домики с черепичными крышами.
Оливия и Фелисити давно были с графиней Свенсен, что подарила своему горячо любимому мужу наследника после трёх дочерей подряд.
- Это необходимо, - Мэтью тоже смотрел на пробегающие мимо поля, - потому что Глории нужна поддержка и наше присутствие.
Виконт скучал по Глории, которая рано вышла замуж и упорхнула из родного гнезда, когда его младшим детям, двойняшкам Филиппу и Фелисити не исполнилось и десяти лет.
