— Ты попала… — голос подруги вынес мне и без того ясный как день приговор. Сама знаю.

— А ты? — попыталась переключить внимание на неё. — Слишком уж глазки блестят. Неужели и ты туда же?

Арина опустила глаза, затем подняла взгляд и заговорщическим шепотом проболталась.

— Я беременна.

У меня даже рот приоткрылся от удивления.

— Серьезно? Господи, это такое счастье! Поздравляю!

Бросилась в объятия подруги и стиснула так, что послышался хруст.

— Эй, полегче, а то переломишь позвоночник, и я не смогу ходить.

— Пусть носит на руках! Ты этого достойна!

Блондинка вздохнула и мечтательно пропела.

— Носит. Поверь мне, — она открыто заглянула в глаза и на одном дыхании выпалила. — Бывало с тобой такое: кажется, знаешь человека сто лет, а он открывается для тебя с новой стороны? И ты понимаешь, что совсем его не знал. И крышу рвет, и готов кричать от счастья, что рядом он. Вроде бы родной, и в то же время незнакомец.

— Не уверена, что такое бывало, но думаю, испытать подобное — потрясающе! — На секунду задумалась. — А он знает?

Арина закусила губу и опустила глаза.

— Я не говорила ему. У нас не совсем типичная ситуация. Все сложно. Но, как только удастся, я обязательно скажу."

"Я стиснула плечи подруги руками и заглянула в смущенное лицо.

— Не тяни. Он должен знать — ведь это самая большая радость — любить и быть любимым. И знать, что ваша любовь стала началом чего-то необыкновенного. Новой жизни. Ариш, ты станешь мамой, это такое счастье!

Взглянула на потолок, стараясь прогнать непрошенные слезы счастья.

Сердце пело, кажется, я испытала на себе радость, от новости, что сообщила Малиновская.

Интересно, а что если после вчерашнего я тоже…?

Щеки загорели, почувствовала, как румянец заливает лицо. О чем я только думаю?

В дверь позвонили, Арина чмокнула меня в щеку и упорхнула открывать.

Забыла сказать — сегодня у неё день рождения. Она предупреждала меня еще месяц назад, но я совсем закрутилась. Благо сегодня утром вспомнила, не проснувшись толком, побежала в магазин за подарком.

Что можно подарить девушке, которая может позволить себе абсолютно всё сама? Какую-нибудь милую безделушку. Или памятную вещь.

Так, в один из вечеров, когда я навещала Арину, еще тогда немощную с гипсом, мы коротали время за монополией, и она влюбилась в эту игру, по крайней мере, прожужжала мне все уши об этом.

И вот, заветная коробка с настолкой бережно упакована в оберточную бумагу бежевого цвета и подвязана золотистым бантом.

В холле послышались голоса, приближающиеся к гостиной. Папа Арины — Семён Геннадьевич, сдержанно поздоровался со мной и осведомился у дочери, не прибыли ли самые главные гости. Малиновская поняла его намек и отвела глаза.

Нет. Они не приехали.

Сегодня наконец-то увижу жениха Арины.