Я от отчаяния била по двери кулаками и плакала, хотя знала, что он не откроет, а замки давно уже сменил…
Обессилев от слёз и бесполезного стука в дверь, я опустилась на лавочку возле крыльца. Просидела минут двадцать, стараясь успокоиться ради ребёнка, что живёт внутри меня. Никакого варианта, кроме как просить помощи у Дамира — и, возможно, у самого Алекса – у меня больше не осталось. Я устала биться в стенку лбом… Паша извивается как уж на сковородке, и доказать то, что он не может проживать с дочкой, я пока не смогла. Наоборот, я сейчас имела на это меньше шансов, чем он — из-за записей психиатра…
***
***
— Хотите кофе, Тая? — предложил мне Дамир.
— Нет, спасибо, — мяла я в руках шарф, сидя напротив Дамира в его кабинете. Я уже рассказала ему все свои беды и ждала ответа, есть ли у него возможность чем-то помочь мне. Я совсем уже отчаялась. — Мне сейчас и кусок в горло не полезет.
— Понимаю, — кивнул он. — Я всё понял. Мне необходимо уточнить детали дела для начала. Но это не в моей компетенции. Со своей стороны могу устроить проверку органов опеки на предмет бездействия и добиться ваших свиданий с дочерью. Павел не сможет им препятствовать.
— Спасибо, Дамир Ильясович. А можно так устроить?
— Можно, — поднял он брови вверх. — Очень часто не смогу вам этого обещать, но, возможно, когда я разберусь в материалах дела, я смогу в чём-то повлиять. Но повторюсь — я не судья, у меня совсем другое ведомоство. Сделаю всё, что от меня зависит.
— Спасибо вам большое, Дамир Ильясович… Я уже и не знала, к кому обратиться…
На мои глаза снова навернулись слёзы. Дамир очень чутко это ощутил и протянул мне бумажную салфетку.
— Пока не за что благодарить меня, — сказал мужчина. — Но мы постараемся что-нибудь придумать. А сейчас езжайте домой и отдыхайте. Если что — я вам позвоню.
15.
Дома какое-то время походила из угла в угол, не решаясь совершить звонок. Но надо действовать и использовать все варианты для решения вопроса с дочкой, и я все же набрала номер, который не набирала уже очень давно — Юли.
— Алло, — ответила сестра настороженно после длинных гудков.
— Привет, — сказала я.
— Привет.
— Юль, я… По делу звоню.
— Слушаю.
— Мне нужна твоя помощь.
— Какая?
— Паша отбирает у меня Ксюшу. Ты знала об этом?
— Нет, — отозвалась она. — Я же не общаюсь ни с ним, ни… с тобой.
Да, и у меня вся эта ситуация до сих пор занозой в сердце сидит.
— Ну, вот — рассказываю, — продолжила я. — Я ищу тех, кто выступит в суде против него. Ты… Ты могла бы очень мне помочь.
— Как?
— Сказать про вашу связь и… ребёнка.
Юля молчала. Наверное, ей это совсем неинтересно. И я могу ее понять.
— Юль, ты тут? — решила я проверить, молчит она или связь пропала. — Ты меня слышишь?
— Да, — ответила она.
