Малый, помпезно украшенный колоннами, золоченой лепниной и резьбой по камню, церемониальный зал, куда нас доставил полковник, маленьким отнюдь не выглядел и мог свободно вместить человек триста народу. Какой же тогда, большой? Сейчас тут присутствовала жалкая сотня царедворцев, может, чуть больше... Но публика подобралась очень непростая. В чиновничьих и придворных мундирах, я совершенно не ориентировался, но судя по покрывавшей их в несколько слоев позолоте и количеству разнообразных орденов, чины здесь собрались не маленькие, да и князь об этом упоминал. И из военных, меньше генерала или гвардейского полковника я никого не приметил.
Женщин было совсем мало. Только вокруг княжон вилась небольшая стайка фрейлин... или как они тут называются?
Наше появление в зале никак не отметили, дворецкий титулов и званий не оглашал и даже герольды в трубы не трубили. Собственно там и оглашать нечего было... Просочились почти незаметно. Наверное, специальное распоряжение существовало - сопровождающего нас князя Тарковского тоже как будто не заметили.
Об этой части аудиенции, князь предупреждал особо - тут следовало держать рот на замке, улыбаться и кланяться китайским болванчиком, если кивали тебе.
Дальше была церемония вручения висюлек и плюшек особо отличившимся на службе княжеству кандидатам. Таковыми оказались два генерала и один, непонятной мне принадлежности, чиновник. Которым, пристроили на мундир, с трудом туда поместившиеся, новые ордена и облагодетельствовали чем-то еще...
Хорту тоже досталось по полной программе. Его произвели в штабс-капитаны, с правом выбора нового места службы, включая любые гвардейские части, вплоть до дружины.
Все офицеры русского княжества (от прапорщика до штабс-капитана) получали личное дворянство, а начиная с капитана потомственное. Дальше как повезет, или кем уродился...
Этим дело не закончилось: оборотня, хлопнув по плечу мечом (сам малолетний великий князь отметился), торжественно посвятили в витязи и вручили почетный орден.









