Второй выстрел был по корме, где толпились пираты. Их, кажется, осталось четверо. Часть прожекторов после моего первого выстрела отказала, то ли побиты осколками были, то ли провод повреждён, поэтому я больше ориентировался по свету от пожара – рубка загорелась. Пираты отчаянно палили по яхте из всего, что у них было, так что второй выстрел заставил их замолчать, и наконец наступила долгожданная тишина. Подскочив к «браунингам», я скинул с них чехол и, взведя затворы, открыл просто убийственный огонь по катеру, фактически в упор. Пули пятнали белые борта катера, оставляя в них достаточно крупные дыры, но я всё равно не переставал давить на гашетки, короткими очередями проходясь по всему катеру, чтобы там не осталось мёртвых зон, где бы мог укрыться противник.
Какое-либо шевеление прекратилось после третьей очереди, бил я на поражение, так что когда пулемёты замолчали, лишь дымок шёл из стволов. Я отошёл в сторону, взял приготовленный фонарь-прожектор и, хрустя стеклом выбитых окон, подошёл к борту и осветил катер. Шли мы на средней скорости. Тот потерял управление и, замедляясь, оставался за кормой. В рубке что-то рвануло, мне кажется, даже что-то под ней, и огонь стих, лишь один проектор, всё ещё работающий на раме, светил куда-то в море.
Осветив борта, я обнаружил, что мне успели забросить кошки. Три штуки. Более того, волочась по пояс в воде, на одной такой висел пират с автоматом за спиной. Подойдя к нему, я наставил пистолет, свесившись над бортом, и ласково сказал:
– Кис-кис-кис. Поднимайся сюда, падла.
Знаками я всё же заставил его подняться на борт, даже помочь пришлось, тот явно потерял силы, пока висел на верёвке. Быстро вырубив его, обшмонал, сняв подсумки к магазинам и автомат. Короткоствола у него не было. Забрав всё, что могло пригодиться, я даже кошки отцепил и, подняв, смотал верёвки, а пирату, свесив его над бортом головой вниз, сначала пустил пулю в затылок, а потом сбросил его в воды океана. Мне он не был нужен."
"Бегом вернувшись в рубку – даже её покоцали пулями, хотя крепкие переборки и не смогли пробить, – я развернул «Касатку» и направил её обратно к катеру, на полпути перейдя на малый ход, а сблизившись, вообще дал задний, чтобы остановить отнюдь не маленькое судно. Пока мы шли обратно, я сбегал вниз, успокоил дочерей, сказав, что всё нормально, всё прошло. Те нюни распустили, ожидая меня, пришлось вытирать им лица. Но строго-настрого велел сидеть тут и, снова их заперев, убежал в рубку. Ну, а там маневрирование у катера и остановка.
Иллюминация у меня включена была, так что яхта как бы покачивалась в световом пятне, светя во все стороны прожекторами. Незаметно не подплывёшь, так что я решил заняться сбором трофеев. Первые у меня уже были, осталось озаботиться остальными.
