— Ты знаешь, она долго жила в Греции, так же как и дядя Леон. Он приехал сообщить нам, что Делия была серьезно ранена в катастрофе и умерла. — Ее голос надломился, тон на последнем слове взлетел вверх.
— Она никогда, никогда не приедет? — Нижняя губка Николаса задрожала, а в больших глазах сверкнули слезы. — Почему?
Хелен притянула ребенка к себе.
— Помнишь, умер твой хомячок, мы справили маленькую поминальную службу, и я сказала тебе, что он отправился на небеса и оттуда будет наблюдать за тобой?
Мальчик внимательно посмотрел на Хелен, затем на Леона, затем опять на Хелен.
— Делия ушла на небеса? — Маленькая слеза скатилась по его щеке. — Да, но она будет следить за тобой.
— А я хочу увидеть ее. — Он зарыдал.
— Ш-ш-ш, милый, успокойся.
— А ты не уйдешь, как Делия? — вдруг крикнул он сквозь рыдания, маленькие ручки вцепились ей в плечи, тело сотрясала крупная дрожь.
Понимал ли этот мальчик значение смерти или просто судил по напряженным лицам взрослых, она не знала, просто крепко держала его в объятиях, гладила кудрявые темные волосы и баюкала.
Постепенно стоны и рыдания превратились во всхлипы. Хелен положила его в кровать и поцеловала.
— Обещай, что ты не умрешь и не покинешь меня, — потребовал Николас; его глаза стали почти черными на бледном лице. — Обещай.
— Не беспокойся, любовь моя, я всегда буду здесь. — Девушка осторожно перецеловала брови, глазки, щечки, заботливо подоткнула одеяло. — Я обещаю. — Горячая слеза скатилась по ее щеке и упала ему на лицо. Маленький носик сморщился, малыш вздохнул и заснул.
Десять минут спустя по настоянию Леона Хелен сидела в гостиной в ожидании кофе. Она была эмоционально истощена, чтобы спорить, просто откинула голову на спинку дивана и закрыла глаза.
Она чувствовала, как приступы сожаления и вины накатывали на нее, словно волны. Не следовало ей соглашаться с идеей Делии, но тогда бы она никогда не испытала невероятной любви к ребенку. Если она его потеряет, то не выживет. Ей всегда было известно, что однажды Делия заберет малыша, но она никогда не подозревала, что расставание принесет ей такие страдания.
— Возьми. — Девушка открыла глаза и увидела перед собой руку с чашкой. — Я добавил в кофе немного коньяку, который нашел в шкафу. Тебе полезно.
Хелен взяла чашку, поднесла к губам и отпила горьковатый ароматный напиток. Моментально сосуды расширились, кровь стала горячей. Допив до дна, она поставила чашку на стол.
Леон сидел на противоположном диване с непроницаемым лицом и внимательно наблюдал за ней из-под полуопущенных век. О чем он думает?
— Ты действительно настроилась никогда не покидать Николаса?
— Конечно, — вскинулась она. — Я знаю, это сложно и, вероятно, в физическом плане невозможно. Я понимаю, ты хочешь проводить с ним время.
