Хэсуда атаковал яростно и уверенно, нанося мощные удары, любой из которых мог лишить соперника жизни мгновенно. Лицуро кружил вокруг него и отпрыгивал от молниеносных выпадов, стараясь придерживаться тактики боя с взбешенным вепрем. Он смещался, уклоняясь от атак врага, и сразу же проводил собственные, но Хэсуда легко уходил от его ударов. Некоторое время Лицуро удавалось сдерживать натиск воина, удерживая дистанцию копья, но вскоре Хэсуда понял, что копьем охотник владеет изрядно, и сменил рисунок боя. Он перестал делать ставку на один мощный удар и начал проводить множество коротких, но очень быстрых атак. Смещаться в стороны, защищаясь, Лицуро уже не успевал, и Хэсуда стал теснить его, медленно прижимая к пылающему костру. Стук сталкивающихся копий становился всё чаще и дробней, удары врага сыпались словно отовсюду, и Лицуро больше не мог контратаковать, бросив все силы на отражение смертельных атак."
"В какой-то миг он услышал за спиной треск пылающих дров, и спина почуяла жар костра. Нога отступающего под натиском Хэсуды охотника ступила на раскаленные угли, и Лицуро понял, что больше отходить некуда. Хэсуда насмешливо скривился, издал боевой клич и бросился в атаку, обрушивая на него серию молниеносных ударов. Лицуро что было сил работал копьем, с трудом отражая мощные атаки, но противостоять лучшему воину не смог. Хэсудо ловко провел сложный прием, выбивая древком копья оружие из рук Лицуро, и наотмашь нанес ему рубящий удар в лицо. Остро отточенный медный наконечник кровожадно свистнул, Лицуро запоздало отпрянул назад, и жгучая боль обожгла лоб, бросая его спиной прямо на пылающую поленницу. Жуткая мука пожираемой огнем плоти, словно таранный удар атакующего вепря, швырнула Лицуро вперед, и он врезался в Хэсуду, заносящего копьё для смертельного удара. Поединщики отлетели в сторону и рухнули, торопливо откатываясь друг от друга.
Лицуро вскочил, отпрыгивая от возможной атаки противника, и рывком отер заливающую глаза кровь. Кожа на лбу была рассечена до самой кости, и обильное кровотечение не позволяло смотреть левым глазом. Хэсуда уже был на ногах и бежал к нему, сжимая в руке нож. Лицуро понял, что пришел миг его смерти, ибо в противостоянии на ножах любой воин много искуснее охотника, а одолеть Хэсуду не удавалось никому. Лицуро выхватил свой нож и бросился навстречу врагу, отводя руку для удара. Он опоздал. Хэсуда мгновенно ушел от его атаки и мощным ударом, вложив в него вес всего себя, вонзил нож Лицуро в сердце. Тупая боль сдавила грудь, и Лицуро, не понимая, почему всё ещё живет, запоздало нанес Хэсуде удар куда-то вниз. Инерция сближения столкнула их тела, и на несколько мгновений они замерли, словно подперев друг друга.
