— Так называли во время войны Челябинск. Ты разве не знала?"
"— Знала, — отвечает Варя неуверенно. Место располагает к разговору на эти темы. А вот собеседник… — Твой дед был… конструктор танков?
— Угу. Работал под началом самого Котина.
Варвара понятия не имеет, кто такой Котин. Видимо, какой-то крутой танкостроитель. Краткая и редкая информация о семье Тихона ошеломляет.
— А… — даже не знает, что сказать. Как реагировать. — А что… что он делал потом? После войны?
— А после войны вспомнили, что он сын врага народа.
Ассоциативный ряд четкий. Однозначный.
— Расстреляли? — тихо.
— Зачем же? — наиграно-беспечно пожал плечами Тин. — Десять лет лагерей дали.
— Он там умер? — почему-то только такие мысли. Грустные. А Тихон ее настрой не поддерживает. Фыркает.
— Вот еще! У нас мужики в роду крепкие. Отсидел. Вышел. Еще и жениться потом успел. И батю моего настрогать.
Он говорит нарочито небрежно, снисходительно, даже будто презрительно. Но Варвара отчетливо чувствует — даже не в словах. На вкус. Вкус его гордости за свою семью. За отца. За деда. За прадеда.
— Как его звали? — все так же тихо.
— Деда? Петр, — и, после паузы. — Петр Тихонович Тихий.
— Выходит, тебя назвали в честь прадеда?
— Наверное. Варя! — распахивает дубленку и прижимает Варвару к себе. — Ты совсем замерзла! Пошли в машину греться! Бегом!
_____________
Тихон ей тогда по делу комплимент отвесил — Варя и в самом деле была умной девушкой. И не в красном дипломе Мед. Академии дело. Она быстро поняла, что их отношения — нечто из ряда вон. Для Тихона. Что-то совершенно удивительное и странное. Она читала изумление во взглядах — Никодима, Ростислава, других разных людей, которые встречались ей в ресторанах Тина. И причина была ясна и очевидна. Варя явно не соответствовала формату отношений, принятых у Тихона Аристарховича, привычных ему. Варвара ломала эту систему. И это Варю… нет, не радовало. Пугало, скорее. Система вышла из состояния равновесия. А в этом состоянии система нестабильна. Бабахнуть может в любой момент.
— Виталий?.. — Никодим от неожиданности обращения сбился в расстановке столовых приборов. Они были в кабинете вдвоем, Тихон куда-то вышел, кажется, на кухню, в очередной раз проконтролировать Михаила Александровича.
— Да?
— Все не так, верно?
— В каком смысле? — Никодим-Виталий изо всех сил делал вид, что не понимает, о чем речь.
— В смысле Тихона, — спокойно ответила Варя. — Все не так, как обычно, да? Не так, как у него было с другими?
Она думала, что он ей не ответит — так долга была пауза. А потом мужчина сел напротив.
— Не так, да. У него так… никогда не было. И таких, как вы… ты, Варя… тоже не было.
— Не было, значит… — Варе стало неловко под пристальным взглядом. И место вдруг стало смущать.
