Феликс, дрожа от злобы, шагнул кАкашу.

— Заткни свой рот, черномазый ублюдок.

— Сдавайся, Фаррел, — спокойно сказал Гидеон. — Если будешь вести себя тихо, я попробую добиться для тебя снисхождения. Ты по крайней мере останешься жить.

— Чтобы сгнить в тюрьме? Нет, уж лучше сразу сдохнуть.

Теперь он был значительно ближе к Чариз и Гидеону, чем вначале. Она с утроенной энергией налегла на веревки, моля о том, чтобы в темноте Феликс не заметил, что она делает.

— Продолжайте в том же духе, и смерть вас не минует, — угрюмо ответил Акаш.

— Вы говорите так, словно мое поражение — дело решенное.

— Так оно и есть.

Гидеон напряг мышцы, и последние нити веревки лопнули.

— Нет, когда у меня есть Чариз.

Феликс сделал рывок, но Гидеон оказался быстрее его. Его бросок был подобен броску кобры. Он успел схватить Феликса до того, как тот дотронулся до Чариз.

— Эта шлюха тебя развязала, — прорычал Феликс, пытаясь одолеть Гидеона, который был выше и крепче его.

Они сцепились в мертвой хватке, раскачиваясь, отбрасывая уродливые тени на стены шахты. Затем с грохотом повалились на землю. Во все стороны полетели мелкие камешки, которыми был усыпан пол шахты.

— Будь ты проклят, Тревитик! — взревел Феликс и сдавленно вскрикнул, когда Гидеон ударил его в живот.

Битва была ожесточенной. Мужчины, катаясь по земле, хрипели и стонали, никто не хотел уступать.

— Ради Бога, помогите Гидеону, — взмолилась она, обращаясь к Анашу, который вернулся к ней и встал рядом.

— Он справится без меня, — сказал Акаш."

"Казалось, прошли часы, прежде чем Гидеон зашевелился, хотя она знала, что на самом деле прошло не больше секунды. Гидеон сел и тряхнул головой, чтобы прочистить мозги.

Он поднялся в тот же момент, когда и Феликс.

Изнеможение и боль делали свое дело. Оба соперника, тяжело дыша, ходили с поднятыми кулаками друг вокруг друга. У Феликса один глаз заплыл, из губы сочилась кровь. Чариз заметила, что ее сводный брат пошатывается и сильно хромает на левую ногу.

Сделав глубокий вздох для храбрости, она посмотрела на Гидеона. Он был грязным, растрепанным, весь в синяках. К счастью, руки и ноги не пострадали. Гидеон смотрел на Феликса с триумфом. Преимущество явно было на стороне Гидеона.

— Сдавайся, Фаррел.

Бежать тебе некуда.

Он говорил спокойно и уверенно, как тот человек, что спас ее жизнь. Он сжимал и разжимал кулаки и поводил плечами.

— Я выберусь отсюда, Тревитик. — Феликс сильно прихрамывал, но не падал. — Ты увидишь, черт возьми.

Чариз смотрела, как он отступил дальше, вглубь туннеля. Он не сводил глаз с Гидеона. Гидеон шагнул к нему.

— Этим путем тебе не уйти. Шахта упирается в склон горы, и выход из нее только один.

— Феликс, он вырос здесь, — крикнула Чариз, — знает здесь каждую былинку! Ты в ловушке.