У меня есть письмо от вашего отца, которое я должен вам вручить. Дон Сабатини настаивал, чтобы я передал его вам лично в руки.
Марибель посмотрела на тетю, и, когда та кивнула, сделала шаг вперед, чтобы взять письмо. Хайнс передал ей лист бумаги, скрепленный печатью.
– Благодарю вас, сэр. Если это все, то мне не хотелось бы больше отрывать вас от дел.
– Умоляю вас еще немного задержаться. В письме отец изложил вам свои распоряжения.
– Отец больше не распоряжается мною, сэр. Я нахожусь под защитой своего дяди. – Она повернула голову, но увидела, что дядя вместе со своим сыном собираются выйти из комнаты. Тетя, отошедшая в дальний конец, смотрела в окно. Марибель почувствовала себя брошенной, однако устояла перед соблазном позвать тетю. – Я должна вам сказать, что не намерена возвращаться в Испанию и подчиняться безосновательным требованиям.
– Насколько мне известно, дон Сабатини желает примириться с вами, он обещает, что не станет принуждать вас к замужеству.
– И вы полагаете, что я доверюсь вам после того, что вы сделали, когда я находилась на вашем корабле? Вы набросились на меня, вы угрожали применить силу, чтобы… – Марибель замолчала, услышав за спиной какое-то движение, а когда обернулась, увидела, что тетя выходит из комнаты вслед за своим сыном. Ее оставили одну. И это после всех обещаний! Марибель охватил страх. – Не прикасайтесь ко мне, сэр. Я закричу.
Хайнс двинулся к ней.
– Вашему дядюшке нужен выгодный контракт, который я ему привез. Он отошлет вас к отцу, и я получу то, что мне причитается.
– Нет! – в ужасе вскричала Марибель, когда он схватил ее за руку. – Нет, дядя не станет… он не позволит…"
"– Вы совершенно правы, дорогая, я не позволю, – раздался голос дяди, вошедшего в комнату из двери за спиной Сэмюэля Хайнса. – Когда леди Филдин рассказала мне, что сделал этот ужасный человек, я не мог в это поверить. Но когда он попросил меня разрешить ему увидеться с вами наедине, мне пришло в голову проверить его. – Подойдя к Хайнсу, Генри Филдин холодно посмотрел на него. – Я слышал достаточно, сэр. Вы можете считать, что увлекли меня своими россказнями о барышах, но поверьте, деньги Сабатини меня не интересуют. Он разлучил меня с сестрой и разбил ей сердце. Я получил от нее всего одно письмо, где она рассказывала о своем несчастье, но и его было достаточно, чтобы я все понял. Если он воображает, что я позволю ему под вымышленным предлогом вернуть мою племянницу в Испанию, он глубоко заблуждается.
– Будьте вы прокляты! – Лицо Сэмюэля Хайнса побагровело от злости. – Ее отец отдал ее мне, и я получу ее, хочет она того или нет!
– Вы немедленно покинете мой дом, иначе я прикажу своим людям связать вас и передам в руки властей.
