До него мужчины не обращались со мной так бесцеремонно, но именно его бесцеремонность воспламеняет меня до кончиков волос. Все, что дает мне он, находит в душе отклик!

Я накрываю ладонью бугор его ширинки. Сжимаю пальцы, встряхиваясь от потрясающей твердости, которая отдается в мою ладонь пульсацией.

Денис шипит. Смеется. В уголках его глаз вспыхивают лучики морщин. Гаснут, и Алиев хрипло произносит, глядя на меня уже без веселья:

— И я тебя люблю.

Несмотря на то, что я поняла это уже давно, слышать это ушами не менее волнующее событие. Видеть, как мой муж всем видом пытается скрывать, что чувствует себя смущенным, произнося эти банальные слова, — бесценно, непередаваемо.

Это интимно.

По моей щеке все же катится слеза. Я быстро смахиваю ее и прячу лицо у Алиева на груди. Носом зарываюсь в воротник его толстовки, и, когда его рука сжимает мои плечи, понимаю, что мой развод с Балашовым — ничто в сравнении с тем, чтобы когда-нибудь пережить развод с Денисом Алиевым.

Глава 73

В офисе Балашова разгар рабочего дня, но с моим появлением становится тише. Настолько, что слышу одинокий хлопок по чьего-то ногтя по клавиатуре.

— Добрый день, — обращаюсь сразу ко всему притихшему опен-спейсу.

Приглушенные приветствия летят мне в ответ, пока иду к приемной генерального директора.

Желание держать высоко голову, так, чтобы она к чертям собачьим отвалилась, непременно сопровождало бы меня, появись я здесь еще каких-то два месяца назад, а сейчас…

Мое прошлое может и не ластиком стерло, но оно уж точно живет за неким мутным стеклом. А по эту сторону есть только настоящее, из которого я вырвала себя буквально с мясом, чтобы сюда прийти.

Я поздно легла и рано проснулась. Я не осилила завтрак, и теперь просыпается дикий аппетит. Я толком не уложила волосы, я и не красилась толком. И я чувствую себя так, словно внутри у меня горит лампочка.

Я боюсь демонстрировать это явление посторонним, поэтому, вместо того, чтобы задирать подбородок, я опускаю вниз глаза, быстро проходя мимо офисных столов.

Секретарь Вадима предупрежден. Надеюсь. Ведь ее босс в курсе, что я приду. Тем не менее, девушка встает из-за стола с легкой суетой.

— Карина Николаевна, — выпаливает она. — Проходите…

Она смотрит на меня короткими взглядами, но во все глаза. Я ее понимаю! Вот такой неприглаженной и одетой в первый попавшийся свитер я здесь в жизни не появлялась.

— Привет, — говорю я ей. — Спасибо.

Стоя у окна, Балашов не реагирует на небольшую возню у себя за спиной. Реагирует, только когда за его секретарем закрывается дверь.

Я готовилась к этому разговору не так уж и долго, хотя с другой стороны, я готовилась к нему десятки дней.

Вадим оборачивается, и я вижу следы бурных эмоций на его лице.