Смыкало решил меня немного опередить, чтобы засесть вверх по тропе, и я приказал ему двигаться по камням, чтобы случайно не нарушить какой-нибудь след. Боец, конечно, недовольно зыркнул на меня, но послушался. Через пару мгновений он засел за большими камнями метров на пять выше того места, где находился я.

Я осматривал тропу долго. Внимательно выискивал и просматривал каждое место, где могли оказаться следы.

— Селихов! Ну че там⁈ — кричал Муха. — Может, тебе кого на подмогу? А то долго возишься!

— Нет! — отмахнулся я. — Много людей — неудобно, я сам.

Первый след я нашел, когда мы со Смыкало поднялись еще метров на десять выше по скале. Это оказался след, отпечатавшийся во влажной земле едва заметно бегущего между камней ручья. Даже несмотря на оклики Мухи о том, что мне не следует отдаляться слишком сильно от бронемашины, я продолжал искать.

И в конце концов мне улыбнулась удача.

— Товарищ командир! — крикнул я. — Есть кое-что.

Муха поспешил подняться ко мне. Когда он, немного сбив дыхание, забрался вверх по тропе и опустился рядом со мной на корточки, то нахмурился.

— Спортивная обувь, — сказал он угрюмо.

В пыли, на краю тропы я заметил след. Человек, что оставил его, носил кросовки или кеды. Это через несколько лет советские солдаты в Афганистане предпочтут легкие кеды тяжелым кирзовым сапогам. Так легче ходить по горам. Да и в общем смысле внешний вид бойцов преобразится.

Солдаты, активно участвующие в рейдах и военных действиях, станут походить на настоящих партизан, одетых кому как удобно. Сейчас в рядах вооруженных сил все еще сохранялось единообразие. По крайней мере в основной своей массе. Увидеть мотострелка в кроссовках — нонсенс.

И это значило только одно — тот, кто оставил этот отпечаток обуви, — не наш.

— Может, какой-нибудь пастух, — скептически заявил Муха.

— Или душман, сопровождавший пленных в горы, — сказал я.

Старлей снова задумался.

— Других следов нет?

— Только кирзачи.

Муха заглянул мне в глаза. Засопел.

— Я знаю, чего ты хочешь. Ты уже сам для себя давно решил, что нужно формировать поисковую группу. Еще когда карандаш нашел. А все, что делаешь сейчас, — это только для того, чтобы убедить меня отдать приказ.

— Ну и как? — я ухмыльнулся. — Убедил?

Муха покачал головой.

— Я не знаю, прав ты или нет, но в одном должен согласиться — все, что мы тут нашли, — в высшей степени странно.

— Я думаю вот что, — вздохнул я. — Был странный сигнал, что поймали радисты. Потом при странных обстоятельствах пропало целое отделение. Дальше — след, обувь не наша. Я считаю, поводов для поисковой миссии предостаточно.

Муха поджал губы. Опустил взгляд и как-то обреченно помотал головой. Потом встал.

— Спускаемся. Доложу на заставу, пускай начальству переправят. Попрошу одобрения на поиск.