Но сын замахал головой, как безумный баньши, и продолжил верещать:

– Я видел кинжал! Ты хотел сделать ей больно!

– Мы просто… играли! – покраснела, как рак, я и в доказательство подняла разрезанный шарфик, который раньше скрывал мое лицо. – Это почти как в прятки! Только… лицо пряталось под шарфом.

Дарен, к сожалению, был не так мал, чтобы скушать и не подавиться подобной сказкой. Он угрюмо покосился на меня, потом на Ратмира. И с подозрением протянул:

– Игра-али? Ну, ладно. А ты ее не бил?

– И не собирался, крест даю! – громко подтвердил Ратмир.

На этот раз на него недоверчиво покосилась уже я. Я как раз готова была поклясться, что если бы не Дарен, то мне бы прилетело. Или… не прилетело. А было бы очень жарко и сладко. В горизонтальном положении. Уже на ковре. Я покраснела еще больше. Пока прекращать мне все эти мысли дурацкие, я слишком влипла в Ратмира. Который меня ненавидит и, вообще, выкинуть из дворца хочет!

– А чего это вы так кричали, если игрались просто? Ты злился на маму, я же вижу.

Блюститель порядка сдул со лба волосы, и я поставила его на ноги. Вроде как лезть драться Дарен больше не собирался. Только хмурил черные брови и был до ужаса похож на отца.

– Твоя мама тайно проникла в мой дворец, – мрачно буркнул Ратмир. – И я вежливо попросил ее удалиться. И забыть дорогу сюда.

Ой, зря он это сказал. Конечно, честность – важная часть взаимодействия с детьми, но в этот момент мне стало Ратмира даже жалко немного. Дарен будто с цепи сорвался. Забыл свой страх перед Велесом, перед его кулаками и ремнем, и снова налетел на Ратмира!"

"– Да как ты можешь?! Ты… ты пресветлый князь! Ты должен быть милостив к тем, кто дома не имеет! К тем, у кого добрая душа, как у моей мамы, а ты прогнать ее хочешь?! Да я умру от горя и тоски без нее! А ее без меня убьет папа, если найдет! Или разбойники на дороге зарежут! Защищать-то некому! Тогда я вместе с нею пойду, если ты ее гонишь!

Я аж заслушалась речью Дарена. Она напоминала какую-то смесь из проповедей и молитв, которые наверняка малыш слышал в церкви, куда его водили родители. Но при этом его глазенки горели упрямством и огнем. И я подозревала, что если Ратмир не оправдается в ближайшие три секунды, то миром этот вопрос мы не решим.

– Да что ты такое говоришь, Дарен?! – заревел, как раненый зверь, Ратмир, бросаясь к Дарену.

Глава 5

Не со злостью, а с испугом, потому что личико сына побледнело от испуга и напряжения еще больше, и Дарен выглядел так, что после своего нападения на князя и тирады, то ли в обморок хлопнется, то ли снова на него бросится. Хорошо, кинжал хоть в ножны спрятанный был.

– Никто тебя не отпустит отсюда. Ты мой сын. И должен быть подле отца. А она воровка, она тебя украла у меня! Я ни за что ее не оставлю здесь, рядом с тобой! Она навредит тебе!

«Ага.